— Что происходит? Где мои родители? Что вы с ними сделали?
— Андрюша, — я раскинула руки и бросилась к сыну, обнимая его крепко-крепко.
— Вы чего… Вы вместе, что ли? Это тот самый бес, что в ребро? — он то смеялся, то отклонялся, рассматривая меня, как кинодиву, сошедшую с плаката. Андро тряхнул головой, сбрасывая оторопь, и снова взорвался гоготом. — Пап, а мама-то наша где? Что за горячую цыпу ты притащил? Девушка, вашей маме зять не нужен?
— Не притащил, сын. Сама я пришла, — обняла в последний раз, украдкой поцеловала и отошла, чтобы не смущать моего молодого мужчину, на которого оборачивались студенты, высыпавшие из общежития.
— Привет, — Левон крепко пожал руку, обнял его по-отечески, с силой ударил по хребту, после чего Андрей понял, что разговор легким не будет. — Ну, как устроился? Почему в общаге?
— Пап, ну мы же договорились? Я живу в общежитии, а за это отчитываюсь каждый час перед заботливыми родичами с обязательной геометкой.
— Нет, мы договорились, что снимем квартиру вблизи с универом.
Ладно, давай не тут? Прыгай, сынок, батя с ветерком прокатит, — Левон взял меня за локоть, помог сесть на переднее сиденье, а Андрюха запрыгнул назад, обхватил нас, обнял и издал вопль орангутана.
— Куда поедем? В Макдак? Купите мне картошку с сырным соусом, бургер, и если я всё съем, то получу мороженое?
— Нет, мы сначала посмотрим квартиру, а на вечер я забронировал столик в ресторане…
Поговорить нам так и не удалось.
Что мне, что Левону вырваться в Барселону удалось только на пять дней, три из которых мы потратили на себя. Поэтому сейчас Куталадзе висел на телефоне, согнав в центр всех риелторов, готовых показать подходящие квартиры.
— У нас в хрущёвке под тенью высоких тополей светлее, — ворчал Куталадзе, бегло просматривая договор, пока мы с Андреем осматривались. — Выходим… Это склеп за баснословную сумму.
Это была пятая по счету квартира, и мы правда думали, что все пройдёт намного быстрее.
Но весь центр Барселоны, рядом с университетом, был застроен старыми домами. Часть окон выходили в крошечный колодец внутреннего двора, часть – на улицу, но и там было темно.
С учетом жары и пекла это вполне логично, но солнечный свет нужен.
И когда мы уже почти отчаялись, нашли то, что искали. Светлая, просторная, но при этом весьма компактная, да ещё с минимальным набором мебели. Въезжай и живи.
С облегчением выдохнул и Андрей.
