Страшно даже представить, что я смогу возненавидеть его!
— А ты не думаешь, что все эти годы ты просто любила его? И он тебя… Ну не могут люди жить в идиллии, не имея чувств друг к другу.
— А как понять? Вот ты ешь всю жизнь сладкое, даже не подозревая, что есть и горькое, и соленое. Все знают, а ты нет… В твоей жизни все по плану, без шанса на импровизацию. Я не знаю, что удержало наш плот на плаву. Правда не знаю, — закрыла глаза, вспоминая самые яркие моменты. И так хорошо стало… В нашей семье была любовь, определенно.
Но вот кто мы с Левоном друг другу?
— А почему вы второго ребёнка не родили? — вдруг спросила Света.
Хм… Хороший вопрос.
У нас и первый-то получился в результате какого-то затмения.
Притирались мы друг к другу первые полгода, а когда жизнь более-менее вошла в колею, Левон сделал мне подарок на день рождения. Просто принёс в конверте путёвки на Мальдивы.
В начале двухтысячных это направление было неизвестным, неимоверно дорогим, поэтому я даже не думала над тем, чтобы отказаться! Мы собрались и укатили на десять дней.
Левон постарался на славу. Выбрал шикарный уединённый отель, уютное бунгало с двумя комнатами. Мы оказались отрезанными от всего внешнего мира. Замкнули реальность на песчаном кусочке, где кроме плеска волн не было ни единого звука…
Это были волшебные десять дней. Сначала мы почти не контактировали, боясь потревожить друг друга. Но к концу нашего отпуска все грани стёрлись… Левон стал моим первым мужчиной.
И судьба сыграла с нами в покер, только карты у неё краплеными оказались.
А через полтора месяца я узнала, что беременна…
До сих пор помню шокированное лицо Левона, когда я трясущимися руками протянула ему тест на беременность. Он тогда поднял на уши полгорода, чтобы срочно попасть в клинику. И через два часа мы, абсолютные дети, сидели в небольшом кабинете УЗИ и слушали сердцебиение нашего малыша.
Помню свой страх… Безумно боялась услышать слово «аборт». Что бы понимала? Девчонка сопливая, ощутившая себя матерью всего три часа назад.
Но до оговоренного срока игры в семью нам оставалось буквально два месяца…
Рыдала, оставшись одна… После клиники Левон проводил меня до квартиры и уехал. Его не было час! Час полнейшей муки и сомнений. Вот только чем дольше я ощущала себя беременной, тем отчаяннее хотела этого ребёнка.
Но Куталадзе вернулся посреди ночи. В его руках был огромный букет белых лилий, золотой браслет и два пакета ванильного мороженого в вафельных стаканчиках.
