Пригрозил, что если женюсь на испанке, он меня наследства лишит, — Андрей заливался смехом, потому что иначе на эти разговоры было уже невозможно реагировать.
Этот дешевый крючок манипуляций был классикой. Не сдашь экзамены — лишу наследства, не получишь медаль — лишу наследства… Андро сначала пугался, не понимал, как реагировать, но Левон мастерски находил слова, чтобы успокоить и заверить, что о его будущем должен заботиться отец, а не дед.
— А ещё бабушка сказала, что папа отправил тётю Нину в больничку. Вроде совсем плохо ей, — сыну было очень неудобно говорить об этом, но и промолчать он тоже не смог.
— Андрюш, мне очень жаль, но если честно, я пока не готова ей сочувствовать. Неинтересно, — залпом осушила стакан воды.
Сын с радостью сменил тему, набросившись с расспросами о моей новой работе.
Как только мы с Денисом прилетели в Сочи, он первым делом повез меня в издательство своего друга. Шикарное здание, море перспектив, не чета той конуре, где я проработала много лет. Ну а во главе этой махины стоит супруга владельца, очень бойкая, толковая и безмерно красивая женщина.
Наш Пирожок бы коньки отбросил, узнав, что баба за рулём. Шовинист хренов…
Но Раевский, гад такой, подкатил ко мне с ещё одной не менее заманчивой идеей, он предложил попробовать себя в роли спортивного директора небольшого хоккейного клуба «Львы».
Эксперимент чистой воды. Но разве не этого я хотела? Сбежать, спрятаться, сменить ориентиры и попробовать что-то новое, на что никогда не набралась бы смелости.
И вот я здесь… В трёх часах от шумного курортного мегаполиса, в тишине, уюте и уединении с самой собой.
Андрюшка был в шоке от того, что я согласилась. Долго хохотал, грозился приехать на матч, чтобы воочию увидеть это волшебное место. Глупость, авантюра… Но мне здесь было так хорошо!
— Ты, кстати, поздравил дядю Дениса? — вздрогнула, увидев на часах подкрадывающийся полдень."
"— Конечно! Обижаешь, мам… Ладно, давай, собирайся на тусовку, а мы с парнями к Виталику на дачу. Так, много не пить, мужиков не клеить, вести себя достойно, — посмеивался сын.
Он будто ещё что-то хотел сказать, но снова увёл разговор.
— Сопляк, а уже матери правила диктует! Чао…
После разговора настроение выправилось. Ушла меланхолия, а предвкушение становилось ярче.
Чего жду?
Сама не понимаю…
Горячая ванна с солью, обед на веранде и торопливые сборы, на которые почти не осталось времени. И к моменту, когда я докрасила губы, у дома раздался резкий взрыв клаксона.
