До вечера было еще далеко, поэтому, сходив на кухню за яблоком, она вернулась в кровать, блаженно откинулась на подушки и открыла новенький детектив норвежского писателя Ю Несбе. Его книги она открыла для себя недавно и читала с огромным удовольствием. Сейчас перед ней лежал роман «Снеговик», посвященный, как она знала из аннотации, поиску серийного убийцы.
Читать в постели и грызть что-нибудь вкусненькое — это было ее любимое времяпровождение выходного дня. Предвкушая тихий покой ближайшего часа-полутора, Лелька довольно улыбнулась.
Яблоко, правда, оказалось невкусным. Картонным каким-то. Оставив его недоеденным на тумбочке у кровати, она перелистнула очередную страницу книги, на которой молодая женщина занималась любовью под тихо падающий за окном снег.
Шлеп-шлеп-шлеп, цок-цок-цок… В спальню заглянул Цезарь, периодически обходящий квартиру по периметру, дабы убедиться, что свои на месте, а чужих не наблюдается, тапочки не нужны. Посмотрев в сторону двери, Лелька в очередной раз мимоходом удивилась, какой он огромный.
Подойдя поближе, пес положил голову на край кровати и, скосив глаза в сторону тумбочки с лежащим на ней яблоком, скорчил умильную рожу.
— Ты что, яблоко хочешь? — догадалась Лелька. — На, возьми, мне не жалко. Не будешь ведь есть.
Пес продолжал жалобно коситься на тумбочку, не прикасаясь к вожделенному лакомству. Засмеявшись, Лелька протянула руку и пододвинула яблоко поближе к собачьей пасти. Благодарно ткнув ее носом, Цезарь блаженно захрумкал яблоком, съев его вместе с семечками, не оставив даже хвостика.
— Ишь ты, — удивилась Лелька. — Яблоки ешь. Чудной ты.
Чуть позже, когда она поделилась своим удивлением с сыном, тот закивал головой:
— Так да, он на улице на газонах все яблоки подбирает. Он, мам, наверное, пока бродяжничал, яблоками питался. В этом году их же много было, а другой еды на улице ведь не сыщешь. Вот и привык. К яблокам.
— Может быть, — задумчиво согласилась Лелька. Пес, за две недели ставший не таким худым, смотрел на нее, лежа у ног и благодарно виляя хвостом.
Раздражение по поводу вечерней тренировки, которое она испытывала утром, прошло без следа. Это была ее собака. Красивая, ласковая и требующая регулярной заботы, в которую входили и тренировки. И проявлять эту заботу было совсем не трудно.
Кинолог Дмитрий оказался высоким стройным мужчиной по виду чуть за сорок. Добротный, хотя и недорогой пуховик, лыжная шапочка, надвинутая по самые брови, ботинки на толстой рифленой подошве.
