- Хм, студентка Миленина, а к какому роду вы принадлежите, напомните, - учитель радостным не выглядел.
- Ни к какому, профессор Жандр. Я полукровка.
- А из внешнего мира. Да, - учитель прошёлся вперёд и ткнул в меня пальцем. - Именно из-за него магия покидает Шаливар. Вы прямое доказательство того, что связи нам нужно рвать и становиться независимыми. Внешний мир отнимает у нас магию.
- Почему вы так говорите? - мне стало неприятно, будто меня в чём-то обвиняют.
- В тебе такая огромная магия, девочка, откуда? Понятно, что из Шаливара утянутая.
"
"- Я думала от родителей.
- Нет, не только, - профессор Жандр жестом велел мне сесть на место. - Ваш мир, что губка опустошает вас. Магия уходит и находит пристанище в полукровках, что живут среди людей. Это неправильно. Так быть не должно!
Пожав плечами, я ничего более спрашивать не стала. На меня и так вокруг все таращились так, словно рога на голове выросли.
Глава 42
Покидая лабораторию одной из последних, я всё не могла оторвать взгляд от сферы.
В голове звучали слова профессора Жандра: ""Связь с внешним миром нужно рвать"". Я была с этим несогласная.
Не знаю почему, наверное, мне хотелось, чтобы и на моей родной Земле была магия. Чтобы дети верили в чудо и в фей.
Чтобы полукровки становились сильнее.
Несправедливо это по отношению к людям. Если магия проникает в наш мир, значит, так и должно быть.
- Злата, - тихо позвала меня Агата, - там секретарь в коридоре тебя поджидает.
- Зачем?
- К ректору.
Я скривилась так, словно съела лимон целиком и без сахара.
Следуя за секретарём, я поглядывала на картины. Сегодня мужчины на них выглядели как-то особенно строго. На их лицах не было улыбок. Сюртуки застёгнуты на все пуговицы, манжеты расправлены. Это показалось мне любопытным.
- Господа, - тихо обратилась я ко всем разом, - сегодня какой-то особенный день?
- Ещё бы, - тяжело вздохнул мужчина с ближайшего портрета, - госпожа Валевски прибыла.
- Да-да, собственной персоной, - поддакнул другой, - в кабинете у сына сидит.
- Зла, как никогда! - выдохнул третий.
- Ой, господа, можно подумать она когда-нибудь бывает в хорошем расположении духа.
Дальше разговор уже пошёл без моего участия. Сжав кулаки, я глубоко вдохнула и выдохнула.
Значит, вот как. Бабуля нарисовалась.
Ну, ничего! У меня позиция крепкая: я их не знаю, а они меня.
Свернув в приёмную, остановилась у двери, за ней явно шёл разговор на повышенных тонах. Правда, слов особо не разберёшь.
