Начальство его ценило. Бытовала шутка, что Юрка Лебедев так быстро считает, пишет столь безукоризненно, что зам по тылу не обменяет его на целый хозвзвод.
В Москву он вернулся летом сорок пятого, особых ценностей не привез, но и не с пустыми руками прибыл, все-таки сопровождал вагон с личным имуществом генерала.
Юрий Петрович свою деятельность никогда за воровство не считал. Прямым воровством никогда и не занимался, чужого, тем более государственного, имущества не брал, в закрома не тащил. Он обладал талантом посредника.
И если начинал Лебедев с обмена муки и картошки на чулки и отрез габардина, то через двадцать лет помогал получать взамен квартир, машин, дачных участков дипломы, звания и повышения по службе. Юрий Петрович и себя не обошел, приобрел диплом о высшем образовании, медали Великой Отечественной войны у него были настоящие, анкета выглядела безупречно.
Очень быстро он сообразил, что главная ценность в жизни не деньги, брильянты и золото, а человек. Преданный, а главное, управляемый.
И Юрий Петрович, словно талантливый селекционер, выращивал и, как фанатик-нумизмат, коллекционировал нужных ему людей. Он обладал незаурядными способностями психолога, тактика и стратега.
Вербовал людей, играя не только на их слабостях и страстях, но и на сильных чертах характера, на искренних и честных увлечениях. Он слыл, да и являлся на самом деле, человеком слова, и, если считал людей перспективными, помогал им бескорыстно. Правда, без принуждения и шантажа тоже не обходилось, ведь жизнь – штука сложная, противоречивая.
Он, конечно, работал. Не часто, но систематически менял вывески. Всегда числился у кого-то замом по хозяйственной или административной части.
Деньги, как таковые, не интересовали Юрия Петровича уже давно. Как магнат в капиталистическом обществе сражался не за лишний миллион, а за власть, за укрепление завоеванного и за расширение сферы влияния.
Юрий Петрович не женился, девушки появлялись, исчезали; в личной жизни был нетребователен, удобная, отнюдь не шикарная, двухкомнатная квартира, «Жигули», никаких дач, тем более вилл на побережье.
Работал по пятнадцать-восемнадцать часов в сутки. Ради чего он поднимался ежедневно, не исключая субботу и воскресенье, около семи, ложился после полуночи?
Юрия Петровича сжигала жажда власти. Ему не требовалось признания, удовлетворяла уверенность, что он «может». Может наградить и наказать, помочь и отвернуться. И это делало его счастливым.