Вина? - вдруг предложил король и кивнул на маленький круглый столик, на котором стояли пустые кубки и початая бутылка.
- Благодарю, не откажусь, Ваше Величество, - согласился Михаил, потому что королям не отказывают. Ни в чём.
Лёгкое движение пальцами и услужливый слуга разлил в высокие фужеры рубиновый напиток.
- Оставь нас, - приказал Его Величество.
Пригубили. Снова помолчали.
- Понимаете, Михаил, - Вильгельм говорил, смотря на огненные всполохи, чётко очерченный волевой профиль наводил на мысль, что рядом с ним сидит весьма жесткий правитель, но справедливый человек, - Элоиза моя единственная, оставшаяся в живых дочь.
И ей я прочу трон Англосаксии. Княжич Вадбольский ничем не лучше и не хуже вас. Но, - король резко повернул голову в сторону византийца впился в него своим пронизывающим взглядом, - с князем Русии у меня давний договор. Поэтому здесь и сейчас я оставляю выбор за Элоизой. Но, у меня есть для вас непростой вопрос. И то, как вы на него ответите, прежде всего сами себе, будет зависеть и всё остальное.
И, особая просьба - пусть всё сказанное сейчас останется только между нами.
- Я вас понял, Ваше Величество, - вежливо ответил Михаил, не дрогнув под взглядом короля Англосаксии.
- Элоиза очень умная, очень, - подчеркнул он слово с особой интонацией, - она, не побоюсь этого слова, гений. Всё, что вы видели в Уолсолле сделано руками мастеров, как обладающих магией, так и обычных, талантливых людей. Так вот. Но придумала и воплотила в жизнь все свои задумки именно Лои.
Только благодаря ей Англосаксия в самом ближайшем будущем шагнёт в своём развитии очень далеко, и, я в этом нисколько не сомневаюсь, нас уже будет не догнать. И вот о чём вам стоит подумать: готовы ли вы всю свою жизнь быть в тени великой королевы?
- Я готов!.. - выпалил Михаил, не задумываясь.
- Конечно, готовы, - спокойно кивнул Его Величество, - но, Михаил, вы же талантливый изобретатель. Так стоит ли овчинка выделки? В своей стране вы принесёте гораздо больше пользы, нежели в тени Элоизы.
Молчите, - покачал головой Вильгельм, - она затмит и меня, и всю вереницу предков. Ни о ком не будут помнить так, как о ней.
- По вашему княжичу будет легко жить в её тени?
Король как-то хитро блеснул глазами:
- Он сможет, а вы нет. Идите, веселитесь, - вдруг сказал король, отпуская принца.
И тот нехотя поднялся, всё в нём буквально кипело от негодования и несогласия, но высказаться не позволило воспитание.
