Представил на мгновение, что так могли издеваться над любимой матушкой, и жгучая волна ненависти поднялась из самых глубин его существа: он, забыв обо всём на свете, выскочил вперёд, прямо к распахнутой дверце темницы и призвал силу, направив разрушительные молнии на мерзких мучителей!
Глава 11
- Лиам!!! - до юного мага донёсся чей-то смутно знакомый голос.
- Лиам! Остановись! - прозвучало откуда-то сбоку и молодой человек, простонав что-то нечленораздельное, рухнул на каменную крошку, бывшее когда-то полом темницей.
Он ещё никогда ранее настолько не сливался со своей стихией. Надобности не было. Прижавшись лбом к ледяной земле, сосредоточился на своём организме, стораясь взять себя в руки и усмирить магические токи.
- Лиам, - снова заговорили неподалёку, — это я, тумэнбаши Батуй. Ты в порядке? Ты понимаешь, что я тебе говорю? Кха-кха, - последние слова потонули в сиплом кашле.
Маг молний молча кивнул, давая понять, что он пришёл в себя и всё прекрасно слышит.
- Парень, давай, соберись! Пха.. кха... нам надо уходить!
Лиам встряхнул головой, отгоняя мушек перед глазами, и, медленно подняв голову, огляделся. С потолка всё ещё сыпалась мелкая пыль вперемешку с паутиной и грязью. Стены напротив входа в камеру просто не было, зияла страшная дыра с рыхлой землёй и виднеющимися корнями деревьев. Всё же темница находилась в подвале, иного сложно было ожидать.
С десяток пепельных кучек лежали на растрескавшемся полу, и юноша догадался, кто это были пару секунд назад. Повернул голову направо: Батуй висел на одной руке, правой - уже свободной с обрывками цепи, старался сорвать крюк, чтобы освободить скованную левую. Посмотрел в другую сторону: та самая темнокожая девушка безвольно обвисла, явно пребывая в глубоком обмороке. Лиам встревоженно вскочил, надеясь, что не причинил ей вреда. Его слегка повело, но, отодвинув собственное недомогание куда подальше, подхватился к девушке и, поднапрягшись, пустил крохи магии в мышцы и разорвал цепи, после чего подхватил пленницу на руки.
Бережно уложил на разрушенный пол невесомое тело, вгляденлся в покрытое синяками личико, но, услышав кряхтение тумэнбаши, опомнился и метнулся было к нему, но тот уже освободился и стоял что-то обдумывая, одновременно растирая затёкшие запястья.
