Ему вообще всё, что касалось возможной женитьбы Михаила на Элоизе не нравилось, что-то мощное и негодующее вставало в груди, вызывая желание набить младшему его красивое породистое лицо. И ещё встревожила новость о возможной войне с клириками. Брата он любил и ему не хотелось, чтобы тот рисковал своей жизнью из-за этой девчонки!
- Хорошо, - по-военному вытянувшись в струнку, кивнул Константин, - я могу идти?
Император с сомнением глянул на сына и кивнул, отпуская молодого человека. Как только за наследником закрылась резная, густо украшенная золотыми вензелями дверь, Михаил Дука сказал:
- Присмотри за ним, - тяжёлая портьера за троном едва заметно шелохнулась, тайный помощник Его Величества вышел из секретной ниши.
- Чем же вас так зацепила эта девочка? - пробормотал император и, вернувшись к окну, посмотрел на супругу, прогуливавшуюся по парку в окружении многочисленных фрейлин. Он к ней привык, и даже испытывал определённую привязанность. Но перед глазами всегда стояла та единственная, ради которой он мог бы отказаться от трона.
Жаль, что обстоятельства оказались сильнее его, и ему пришлось принять те правила игры, на которых настоял отец.
Михаил Комнин Дука очень надеялся, что Константин поступит также, как он. Тем более, что явной любви к заморской принцессе у наследника он не заметил. А соперничество между братьями - вполне нормальная ситуация.
***
Англосаксия, где-то в Ландоне
Трое мужчин в длинных плащах с накинутыми на головы капюшонами, неслышно скользили по тёмным улочкам столицы.
Троица старалась держать в тени домов, боясь ступить на свет. Их путь лежал к двухэтажному широкому дому, располагавшемуся в самом конце улицы. До нужного строения добрались через четверть часа. Подойдя к двери один из них стукнул тяжелым кулаком по обитой железными пластинами створке и замер, вслушиваясь в звуки за ней. Тихие шаги послышались через минуту томительного ожидания.
- Кто?
- Слава Святой Церкви и детям Её! - вперёд шагнул самый щуплый из троицы.
Тут же дверь с лёгким скрипом отворилась и три тени исчезли внутри дома.
- Ваше Святейшество! - впустивший незнакомцев в дом, упал на колени и замер, ожидая позволения встать.
- Встань! Веди к лорду Оливьеру, - распорядился Папа Иннокентий Третий, нервно сдёрнув с головы капюшон.
Мужчина был бледен и взволнован, но старался не выплёскивать раздражение, ибо ясность ума - залог успеха, он всегда это знал.
