Только вот, экспонатом лично для меня он больше никогда не станет.
Глава 31. Маша
…В десять утра я прибыла в распоряжение в отдел кадров. Божена Брониславовна уже была на месте и деловито раздавала указания. На ней было потрясающее платье-миди мятного цвета и красивые туфли-лодочки на изящном каблучке. Глаза королевы сияли в тон платью, искрили бирюзой, и казалось, все вокруг нее оживает и наполняется этой мятно-бирюзовой энергией.
Вместе со мной пришли девочки из бухгалтерии — Оля и Ника, ну, и конечно, бессменная помощница Божены Настя.
Был выходной день, поэтому, в отличие от сияющей Божены мы все позволили себе надеть джинсы и футболки, и смотрелись, скорее, как бригада маляров, нежели как сотрудники серьезной компании.
— Так, девчонки! — окинув нас взглядом, довольно потерла руки королева Божена. — Работу я разделила по секторам. Ваша цель — переписать все инвентарные номера мебели и техники в вашей секции на отдельный лист. Потом мы внесем данные в компьютер.
В этом году в компанию купили много нового, так что ничего не пропустите. Если номера не обнаружите, зовите меня.
Мы выпорхнули из отдела кадров веселой стайкой, со смехом и оживленной болтовней, и вдруг стихли. По коридору стремительно шел Облонский с каким-то приятным молодым мужчиной в спортивном пиджаке и джинсах. Мужчина был, хоть куда. Аккуратная бородка, коротко остриженные темные волосы, выразительный взгляд зеленых глаз — роскошный экземпляр для весеннего романа.
Девчонки сбивчиво начали здороваться и со жгучим интересом засматриваться на незнакомца.
Я украдкой взглянула на Облонского, и сердце больно кольнуло. Мои чувства никуда не пропали. Только укрепились и заняли позицию.
— Маша! — как ни в чем не бывало, оживился мой босс. — Хорошо, что ты здесь. Сделаешь нам с Михаилом кофе.
Я даже не успела ответить, как он подхватил меня под руку и повел за собой.
— Владимир Николаевич! — возмущенно всплеснула руками Божена.
— Это не честно, Владимир Николаевич! Я специально их в выходной день согнала, чтобы все успеть к проверке!
Облонский подарил ей обворожительную улыбку и впился в мой локоть мертвой хваткой."
"— Дорогая Божена, смею вам напомнить, что секретарша моя. Обещаю надолго не задержать. Она сделает нам кофе и вернется к работе.
От его прикосновения сердце дернулось и гулко забилось в горле. Щеки вспыхнули предательским румянцем, и стало трудно дышать.
