Я плавилась. Растекалась под его напором, позволяла стягивать с себя джинсы и трусики, оглаживать бедра и скользить ниже, к чувствительной горошинке клитора. Его пальцы проникли глубже, в горячее лоно, и теперь от его бесстыдных ласк тело пронизывали острые вспышки желания. Рваные поцелуи, скользящие внутри меня пальцы — казалось, я была на грани.
Я сама помогала ему распечатывать шелестящую и неудобную обертку презерватива дрожащими от нетерпения руками, а потом с глухими стонами выгибалась навстречу его властному вторжению.
Перед глазами все меркло. Был один Облонский — его сильные руки, плечи, красивый профиль, дурманящий аромат его кожи, и его твердый член, который уносил к чертям все мои попытки образумиться и очнуться от этой любовной лихорадки.
Глава 29. Маша
Чай давно остыл, аджарские хачапури тоже, но этот завтрак казался мне самым вкусным на свете.
После трапезы я сидела на краю лавки полностью одетая, и только глаза выдавали творящееся совсем недавно безумие у стола.
— Владимир Николаевич, вы не разрешите мне позвонить отцу? Он, наверное, извелся.
Я приехать не обещала, но уверена, что он мне звонил.
— Конечно. Держи.
Облонский достал из кармана джинсов свой сотовый и протянул мне.
Номер отца я знала на память. Только трубку никто не брал. Длинные гудки один за другим срывались в пустоту, а потом телефон отключился.
— Не берет, — покачала головой я.
— Попробуй еще раз.
Я хотела снова набрать номер, но на экране всплыло сообщение.
«Милый, я уже дома. В Сочи было очень хорошо.
Жаль, что ты не поехал. Жду тебя в новом белье. Оно очень секси. Тебе понравится». Следом мелькнула пикантная фотография всегда такой деловой Ирины в очень откровенной позе и в одних кружевных трусиках сиреневого цвета.
Я вздрогнула, и телефон чуть не выпал у меня из рук."
"Чувствуя, как пересохло горло, и как в нем пульсирует гулкое сердцебиение, положила телефон на стол.
— Что там? — вскинул бровь Облонский. Поставил передо мной новую кружку с горячим чаем и только после этого взглянул на сообщение.
Я как-то сразу съежилась. Аппетит пропал. Теперь от аромата хачапури меня подташнивало.
— Маша, я… — взглянув на сообщение, начал он. — Наверное, мне надо тебе кое-что объяснить…
Впервые я видела своего босса таким растерянным. Вчера, когда он пришел играть в карты с бандитами, он не растерялся. А сейчас даже побледнел.
Сердце гулко стучало в ушах набатом. Колени дрожали.
— Не надо ничего объяснять. Все получилось, как получилось.
