Нет, кому-кому, а моему жениху Волкову было далеко до этого уровня. Его двухэтажный особняк с двумя сотками земли и искусно выложенным бассейном можно было смело называть избушкой на курьих ножках.
Облонский выбрался из машины первым. Галантно открыл мне дверь и подал свою руку.
С благодарностью улыбнувшись, я вышла следом.
Чем обернется этот благотворительный прием-проверка, неизвестно, но с таким обаятельным спутником, как Владимир Николаевич, все казалось сказкой.
«К сожалению, эта сказка не моя. Я здесь исключительно по работе», — украдкой взглянув на красивый профиль Облонского, напомнила себе я.
Нам навстречу по мраморным ступеням спустился настоящий дворецкий.
— Господин Облонский, добро пожаловать на благотворительный прием, — почтительно склонил голову перед моим боссом он."
"Преодолев несколько мраморных ступеней, мы оказались в огромном сверкающем роскошной отделкой холле. Повсюду сновали официанты с подносами — они предлагали гостям тарталетки с красной икрой и шампанское.
Несколько фондов основали свои стойки здесь же. Представители фондов с надеждой посматривали на прибывающих состоятельных гостей.
К нам подошел роскошно одетый импозантный мужчина. На вид ему было не меньше пятидесяти лет. Крепкое телосложение, моложавое лицо и хищное восхищение при взгляде на мою персону выдавали любителя женщин. Я догадалась, что это и есть меценат Абрамов и инстинктивно придвинулась ближе к Облонскому.
— Владимир Николаевич! Добро пожаловать. Твои просители уже собрались в коричневой гостиной, — широко заулыбался мужчина.
Внезапно подался мне навстречу и привлек к себе.
— Как зовут милую куколку? — опалил мою шею его жаркий шепот.
От неожиданности я отпрянула к Облонскому.
— Она у тебя дикая, что ли? — обиженно взглянул на моего босса Абрамов.
— Мария мой сотрудник. Здесь, на благотворительном приеме, мы тоже работаем, Гриша, — негромко заметил Облонский, и увлек меня за собой, не оставляя старому развратнику ни единого шанса на общение.
Меня слегка потряхивало.
Ненавижу, когда нарушают мои личные границы.
Пока я пыталась избавиться от неприятного послевкусия, оставшегося после знакомства с меценатом Абрамовым, Облонский успел подхватить с подноса два бокала шампанского.
Указав на свободный диванчик у стены, вручил мне один из них.
— Выдохните, Мария. А то на вас лица нет.
— Он нарушил мое пространство. Я не люблю, когда меня касаются чужие люди.
— Вас никто больше не коснется, успокойтесь.
