Она хмурит лоб, потом чуть тормозит, и теперь мы идем по дорожке рядом.
— А разве его не усыновили? Как они вообще сошлись?
— Тебе интересно?
— Ну я же спрашиваю?
— Ну тогда после этого рассказала я хочу от тебя подробный рассказ о том, как рос Данил.
— Хорошо, — пожимает она плечами и продолжает смотреть на меня вся во внимании. От этого спотыкается и чуть не падает, но я успеваю подхватить. – Спасибо, не надо было.
— Ты весьма скромна для той, кто только что кончал вместе со мной.
— Это просто секс, мы же договорились, — поджимает губы, а я усмехаюсь.
— Секс так секс. Так вот, Никита долго жил в приемной семье. До семи лет, если точнее. Но родители умерли, а на счет парня продолжали поступать деньги от Мелиссы. Суммы немаленькие. Ушлая тетка из детского дома решила их себе присваивать, а Мелиссе отправляла фото как от родителей, не давая знать, что они умерли.
— Вот тварь!
— Да, Юра ее по грязи лицом волочил у всех на виду. Пришлось все вернуть.
— Жестко.
— Да, он такой.
— Твой отец был таким же? Жестким?
— Сегодня день воспоминаний? О своих тоже расскажешь.
— До утра, потом я ухожу к сыну.
— А ну да, ну, да. Столько условий. Смотри, сама их не нарушь.
— Из-за секса с тобой? Я так редко им занимаюсь, что еще лет десять спокойно обойдусь без него, — улыбается она, а я смеюсь.
— Кстати, в первый наш секс я сделал тебе Данила. Как думаешь, – чуть тыкаю ее в плоский живот. – Там уже живет кто-нибудь?"
"Она даже останавливается, открывает и закрывает рот.
— Нет. Точно нет. У меня менструация была на днях. Так что можешь хоть литр спермы в меня залить.
— Могу?
— Я фигурально выразилась.
— А я нет. Уверена, мои пацаны даже сквозь красноармейскую стены бы прорвались.
Она облизывает губы, отворачивается, но скрыть смех не может.
— Так, а что дальше?
— С нашим сексом?
— С Никитой. Как его нашли? Как выяснили? Она приехала и выяснила про смерть родителей и забрала его из детского дома?
— Ну, все не так просто. Когда Юра попытался изнасиловать Мелиссу, она, естественно, подала заявление.
А он как раз в депутаты баллотировался.
— Ой.
— Да, ой. Он же в итоге узнал, кто она такая, но про ребенка не знал. Знакомо, да?
— Дальше…
— Он ее похитил, она сбежала, он снова ее похитил, она снова сбежала.
— Это мне тоже знакомо, — усмехается она. – И в итоге?
— В итоге он решил, что нужно сделать ее своей женой, потому что иначе информация о заявлении может всплыть.
— Они поженились?
— О да.
