— Ваша жена беременна, а не инвалид, ей все можно, только умеренно…
— Она не в курсе о том, что слово «умеренно» значит, — безапелляционно заявил Казак.
Вот тут Таня рассмеялась. Так искренне и счастливо, так свободно, что Виталий умолк и обернулся к ней. Застыл и сам расплылся в улыбке. Пораженной и довольной. Кажется, он в день их свадьбы так на нее смотрел, что дух перехватывало. Впрочем, у Тани сейчас с дыханием в принципе проблемы наблюдались — она дышала от шока так часто, что вот-вот голова закружится.
Заставила себя затихнуть.
Немного успокоиться. Протянула руку и ухватилась за ладонь мужа.
— Это мне ты говоришь, да, точно? — переспросила с намеком на его собственное неумение вовремя притормозить во многом. — Не переживай, Виталь. Я и сама своих ошибок повторять не хочу, — тихо заверила она. — Придумаем что-то с графиком и работой, разберемся и подстроимся.
Виталя так заломил бровь, что стало ясно — говорить она может что угодно, но у него своя точка зрения.
Спор длился неделю, в течение которой Таню на работу просто не пускали.
В конце концов, она привела «железобетонный» по ее мнению аргумент о том, что Лиза же работала почти до самого конца беременности. Уже знала всю непростую историю мытарств подруги с беременностью до появления Леши.
— Это проблемы Димы и его промахи! — гаркнул Виталя, разом отсеяв этот аргумент. — Я так тобой рисковать не собираюсь! До смерти не забуду, как ты рыдала в трубку и, шатаясь, спустилась ко мне на встречу! Больше такого в жизни пережить не хочу!
Таня не придумала ничего лучше, как обнять мужа в ответ на этот крик.
Понимала его, правда. Самой немного страшно было. Но все же, как говорила врач, и не «инвалид» же. Казалось, что если Марина Георгиевна не запретит, то можно понемногу работать.
— Давай, я пару раз в неделю буду выходить, консультировать только, — предложила она мужу. — Три часа в день, — поторопилась добавить, видя, что Казак не согласен. — И подберу кого-то, чтобы заменяли пока меня на полноценную ставку… — находчиво выдвинула еще идею.
Виталя задумался.
— Хорошо, поглядим, чего и как еще врачи после окончательных анализов скажут, — проворчал он, обняв ее очень осторожно и нежно, но с таким трепетом, что ей зажмуриться от ощущения его нежности и своей важности для любимого захотелось. — А пока — из дома ни ногой!
Понимая, в принципе, что заставляет мужа остаться таким категоричным, она не спорила, решив действительно подождать окончательного вердикта врачей.
