В общем, совсем даже неплохой муж выйдет из него.
Наслаждаясь каждым мгновением жизни, она мечтала о роскошной жизни в Нью-Йорке. До Центрального парка рукой подать, надо только пересечь Пятую авеню. И до башни Трампа тоже недалеко. Язык она знает. Единственная проблема – нужно будет разыграть спектакль с невозможностью забеременеть. Но, умной и опытной девушке, это не составит особого труда. Главное уже сделано – муж-миллионер попался в мышеловку. Думая об этом, молодая невеста, непроизвольно потёрла безымянный пальчик, где с этого дня красовалось кольцо с великолепным бриллиантом, подаренное ей Дэвидом по случаю их помолвки.
В благоухающем сумраке, побережье всегда кажется великолепным, и эта ночь не являлась исключением, однако Виктория была очень поглощена своими мечтами о будущей жизни в Нью-Йорке, чтобы наслаждаться серебристым светом полной луны или музыкой морского прибоя.
Они долго неслись по живописной дороге вдоль утёсов, нависавших над морем на головокружительной высоте. Олег слегка сбавил скорость, продолжая размышлять над сложившейся ситуацией.
Лучик надежды блеснул в его душе. «А может действительно поехать с ней в Штаты? С деньгами проблем не будет. С жильём тоже. Буду сыт, одет, обут» - подумал он. И, чуть заметно мотнув головой, продолжил - «Да кому я там, нахрен, нужен? Язык с моей боксёрской отшибленной головой сто лет учить буду, а значит работу хрен найду. Никакая баба мне кроме Виктории не нужна - только ради неё живу. Деньги? На кой хрен они мне, если её рядом не будет.
..» - хотелось крикнуть ему, но боксёр только сильнее сжал руль. Он мысленно вернулся в прошлое, в один из дней, когда впервые увидел её, попытался вспомнить моменты их первой близости. Подумав о своём желании увезти её далеко в другой город он, невольно, усмехнулся. Несбыточная мечта...
Всматриваясь в дорогу перед собой, Олег вдруг вспомнил о своей бывшей семье - «Кристина, Настенька... Малышки мои... Где-же вы сейчас? Какой-же я был идиот! Бросил вас, мои родные, любимые, ради молодой проститутки.
.. Простите меня...» - подумал он и заёрзал в кресле. Мужики не плачут, но ему вдруг захотелось заплакать, захотелось зарыдать, завыть, застонать, заорать и потребовать возвратить его дорогих, любимых жену и дочь, хотя бы ради того, чтобы рассказать им, как он их любит, как дорожит их любовью, как считается с их мнением. Слёзы жгли глаза. В нём пульсировало отчаяние. Сегодня, явно не лучший день в его жизни, и он ещё не закончился.
