Ты к нему подходишь и такая: «О, у вас всего лишь os fufubula сломана». И он тебе такой: «Фух, какое облегчение!»
Спать мы легли глубокой ночью, но я завела магобудильник, чтобы хватило времени нормально собраться и подойти заранее. Встала, привела себя в порядок, дёрнула дверь. Дёрнула ещё раз. Толкнула. Пнула. Без результата.
– Что ты там шумишь? – выбралась из-под подушки Марта.
– Дверь не открывается!
– А ключ в замке провернула?
– Спасибо! Сама бы я не догадалась!
– Ну подшутил кто-то, значит. – Она села, протирая глаза.
– Я вроде никому в последнее время дорогу не переходила.
– Я переходила, – и затарабанила кулаками по двери.
– Главное, чтобы не банде де ла Ньетто, – успокоила она.
Я скривила губы.
– М-да… – Марта скуксилась. – Тогда стучать бесполезно. Эти точно паутину тишины на дверь наложили.
– Вот козлы безрогие! – выругалась я в сердцах.
– Драконы – козлы рогатые. Драконы делятся по количеству рогов на три трибы, – процитировала она в точности по учебнику. – Драконы двурогие – Draco duastula, драконы четырёхрогие – Draco quadristula, и драконы многорогие – Draco pipistula.
Слушай, чушь такая, а я запомнила!
– Запомнить-то запомнила, только как ты продемонстрируешь свои глубокие знания, если нас заперли? – Я в отчаянии бухнулась на стул.
– Мне-то не страшно, у меня целый обоз времени впереди. Я ректору сдаю, а он у вас на испытании полдня будет сидеть, не меньше. Ты вот как?
– А что будет, если я опоздаю?
Марта неопределённо покачала головой:
– Кто его знает… Он в гневе бывает горяч.
– А если в окно покричать? – подскочила я, но лекарка скривила лицо.
– То есть покричать можно, но от позора потом до окончания Академии не отмоешься? – уточнила я, и она кивнула.
– Ладно. – Я решительно распахнула окно.
– Ну как знаешь, – буркнула Марта.
– И как умею, – согласилась я и мысленно потянулась вниз, к земле.
Там, в прохладе почвы, покоились семена. Птички, ветер, дождевые потоки разносили их по кампусу и перемешивали. Я нащупала несколько подходящих и стала вливать в них Силу, капля за каплей, пробуждая и вынуждая расти.
Семена сопротивлялись, рассказывая мне, что сейчас не срок, что они хотят спать до следующей весны, но у них не было выбора. Моя воля была сильнее. Тонкие побеги поползли по стенам, цепляясь корешками за мельчайшие трещинки стены. Ощутив листьями ласковые лучи солнца, побеги плюща повеселели и поползли вверх бодрее. Влив ещё порцию Силы для скорости, я бросилась к своим вещам.
