И еще она должна сказать, что забыла выпить таблетку, он ведь тоже должен знать. Если она вдруг забеременеет, то…
То она может выйти за него замуж и родить этого ребенка. И плевать на Алену, ну разве так сдавливают, задыхаясь от страсти, разве так ласкают будто утоляют жажду, разве так горят глаза и шепот без конца срывается на хрип, когда не любят? Разве мужчина бьется в невозможных, сладких судорогах, с хриплым животным криком, когда под ним чужая, ненужная женщина? Если бы Эве было у кого спросить, было бы легче.
А так только у Макара, но у него нельзя, да и не скажет он…
— Я сегодня вечером улетаю в Париж на неделю, — сказал Мак, когда отдышался, и Эва даже привстала.
— В Париж? Возьми меня с собой, Мак, можно, я поеду с тобой?
— Нет, Эвочка, я еду работать, у меня расписаны все дни."
"— Но пока ты будешь работать, я могу погулять по Парижу, я немного знаю французский, я так мечтала туда попасть, мы с мамой мечтали… Я буду ходить по музеям, Лувр, Версаль, музей Орсе, съезжу в Пер-Лашез, а вечером может сходим в Гранд-Оперу, пожалуйста, Мак…
— Чтобы ты там сама бродила и тебя украл какой-нибудь француз? — отшутился Макар, но увидев, как она расстроилась, поднял ее за подбородок и сказал уже серьезнее: — Выходи за меня замуж, и я отвезу тебя туда в свадебное путешествие.
Эва замерла. Замуж?.. Может, и правда выйти? Ну правда, почему нет? Надо просто решиться и сказать «Да». И будь что будет! Тем временем Мак снова рассматривал ее как под микроскопом, но ничего видимо не увидел и сказал, помрачнев:
— Помоги мне, пожалуйста, сложить вещи.
***Эва так и не сказала о таблетках, Макар уехал в аэропорт, а она влезла в интернет. Гугл настоятельно советовал при пропуске противозачаточной таблетки поскорее ее выпить, в течение следующих семи дней пользоваться презервативами и как можно скорее применить средство экстренной контрацепции.
Эва задумалась. Конечно, она знала об этих препаратах, но… а если и правда уже есть ребенок? Ребенок от Макара, Эва представила и зажмурилась, внутри стало тепло, будто солнышком нагрело.
Как же она будет любить этого ребенка, если Макара любит до одури, до умопомрачения! Эва подумала, если бы вдруг так сложилось, что у нее был чужой ребенок, не Макара, она не смогла бы так сильно его полюбить. Ей даже стыдно стало немного. Но что делать, если это правда? Так что никаких экстренных контрацепций, да и эти таблетки она пить больше не будет.
