— Почему? Я бы тебя разбудил, надо было и тебе меня будить, ты же знаешь, как это делается.
Макар целовал ее неторопливо, явно обозначая территорию, а потом нашел ее губы, как будто не было вокруг вперившихся в них любопытных глаз.
— Народ, они что, трахаться собрались? — донесся недовольный женский голос. Инга?
— А тебе что, завидно? — ответил ей мужской, Эва не разобрала чей, да она и не запомнила всех, зачем они ей? Ей нужен был только Макар.
— Слушай, Мак, вы и так полночи спать не давали, имейте совесть, — кажется, это один из тех, кто вчера приставал к ней на палубе, Дэн.
Макар оторвался от нее и улыбнулся губы в губы, упираясь лбом.
— Пойдем, поздороваемся?
Эва тоже улыбнулась и кивнула.
— Эй, бог секса, а ты можешь потише здороваться? — продолжил тот же Дэн.
— Нет, не могу, — Макар рывком поднял Эву на руки, она обхватила его ногами за бедра и обвила руками шею, — не считаю нужным сдерживаться, когда люблю свою женщину.
Инга фыркнула, Алена сверкнула глазами и отвернулась с непонятным выражением лица.
Что с ней такое? И когда Макар уже поднялся на палубу с Эвой на руках, ту запоздало пробило. Он назвал ее своей женщиной! И хоть из его уст слово «люблю» звучало в совершенно однозначном смысле, внутри все равно стало горячо. А еще горячее стало, когда вслед им прилетело снизу:"
"— Охренеть! У них что, правда так серьезно? Вам не кажется, что, Макар влюбился?
Что ответила Инга, Эва уже не слышала, да ей и не надо было, это кому же такой бред пришел в голову? Макар не может в нее влюбиться, он любит Алену, зачем тогда он так ведет себя? И тут же озарила догадка, а в ушах прозвучали сказанные Аленой слова:
«Не тешь себя напрасными надеждами.
Или ты не понимаешь, что он делает это назло мне? Он тебя не любит…»
Так волшебно начинающееся утро вмиг растеряло все краски, и сейчас Эве хотелось только одного — хоть пешком, хоть вплавь, но оказаться поскорее дома, где нет никакого Макара, дышащего ей на ухо и сводящего с ума одним пристальным взглядом серых глаз.
***Он еле дотерпел пока нес Эву, так и подмывало перейти на бег. Настроение было просто чудесным, а от предвкушения того, что он сейчас устроит этой сбежавшей девочке оно поднималось еще выше. Но стоило закрыть за собой дверь, что-то неуловимо изменилось.
Эва напряглась, сползла с его рук на пол, а потом и вовсе сделала шаг назад. «Что за херня?» Макар непонимающе уставился на девушку.
— Что-то случилось?
Она обхватила себя руками.
