Она не упиралась, не задавала лишних вопросов, не протестовала — ничего из того, чего опасался Макар. Молча собрала вещи, он перехватил сумку и забросил себе на плечо. На палубе Эва остановилась, засмотревшись на небо, и Макар тоже задрал голову. Красиво, не то, что в городе. Но уже спустя миг он не видел ничего, потому что целовал Эву, а она отвечала ему, обвив руками шею, и им обоим было безразлично, что их могут увидеть с верхней палубы.
— Ты не бросила пить таблетки? — прошептал он, целуя шею.
Она качнула головой, и Макара тут же пробрало, не нашла ли Эвочка ему замену за это время, сам он как раз только этим и занимался.
— Я хочу тебя, Эва, как же я хочу тебя, — сказал ей в губы, на мгновение отрываясь, а потом снова захватывая и едва сдерживаясь, чтобы не застонать.
— Я тоже хочу, — прошептала она в ответ, — я так скучала по тебе, Мак!
Кое-как добрались до каюты, он тут же избавился от футболки с джинсами, жалея лишь о том, что здесь довольно тесно. Попросил Эву не снимать платье, оно было достаточно открытым, чтобы ему не мешать.
Зато Эва смотрелась в нем сногсшибательно, а еще более сногшибательно она смотрелась в этом платье на нем.
Макар подставил ей руки, чтобы она могла упираться, и теперь упивался сносящим крышу зрелищем. Его передергивало от одной только мысли, что он целую неделю пытался заменить до одури упоительную Эву силиконовыми подделками. Неудивительно, что ничего не вышло.
Ему нравилось — да что там нравилось, у него дыхание останавливалось от того, как она запрокидывала голову, кусала губы.
Простая мысль, что все происходящее с ней у нее впервые, а виной этому только он один, гнала кровь с утроенной силой.
Внезапно пальцы впились в его руки, Эва закусила губу и подалась вперед, расширив зрачки. Макар сразу понял, резко поднялся, крепко обхватывая ее руками и обездвиживая. А, когда она, вконец измотанная, задыхаясь и хватая ртом воздух, с приглушенным стоном прижалась к его груди, Макар гладил ее волосы, целовал и говорил, какая она умница. Сам же пытался справиться с нахлынувшим потоком восторга, признательности, ликования и нежности, бесконечно себе поражаясь.
Он даже не думал, что это будет так изнуряюще прекрасно, впервые Мак был готов, не задумываясь, отдать все, что у него есть, лишь бы эта шелковая девочка и дальше была в его жизни.
— Это же в первый раз, да? — прошептал он ей на ушко, Эва закивала, все еще глубоко дыша. Макар улыбнулся и поцеловал ей плечо. — Тогда поздравляю с твоим настоящим первым сексом.
