От душевных терзаний и поедания себя ее спас тот же Ямпольский, которому вздумалось устроить гостям экскурсию по территории — надо сказать, довольно обширной. Похоже, гости даже обрадовались возможности оказаться за пределами закрытого пространства, где атмосфера была не столь наэлектризованной.
Макар продолжал бросать на Эву отнюдь не дружелюбные взгляды, теперь ее первейшей задачей вырисовывалась необходимость ни при каких обстоятельствах не оставаться с ним наедине, а лучше вообще не приближаться на расстояние меньше полутора-двух метров.
Здесь задачу существенно облегчала Алена, ни на секунду не теряющая бдительность. Она держалась за локоть мужа, попутно вклиниваясь в их разговор с Арсеном, а Эва, как ни старалась, так и не смогла вникнуть в его суть, мысли продолжали кружить вокруг Макара и дочки.
Она все время отставала, видимо, Ямпольскому это надоело, потому что он притормозил и взял ее за руку. Макар тоже остановился и посмотрел на них так, что Эва на миг испугалась. А вдруг он не удержится и снова попрет напролом, как на приеме?
Удержался, не попер, видимо, им с Ямпольским обоим ну очень сильно нужна эта сделка.
Сам Арсен уверенно вышагивал с самодовольным видом, а Эва втайне поражалась, с какой неожиданной стороны открывается муж. Ямпольский с замашками плантатора на фоне собственных владений смотрелся очень неплохо, она пожалела, что не взяла с собой фотоаппарат.
— Чему ты улыбаешься? — спросил он негромко, когда дошли до вольера, и Эва обнаружила, что в самом деле улыбается и больше не думает о Макаре.
Который, к слову, глаз с них не сводит.
Ответила на ухо, для чего пришлось встать на носочки, иначе не дотянуться. Выгнутые дугой брови удивленно поползли вверх, уголки губ изогнулись, а рука сильнее сжала ее ладонь. Тут же сбоку полетели искрящиеся молнии, и Эва получила истинное наслаждение. Особенно от того, что сама целенаправленно все спровоцировала.
Послышалось глухое рычание, пес подошел к решетке и утробно залаял.
— Мария, не подходи близко к вольеру, — позвал Арсен.
— Какой красавец! — не удержался Макар от восхищенного возгласа
— Баскервиль не любит детей! — сообщила ему Машка, как будто ребенком здесь был именно Демидов.
— Баскервиль? Как мило! — повернулась к Арсену Алена. — А почему не любит? Его обижали дети?
— Да нет, скорее, не сталкивался. Здесь не было детей, он к ним не привык, к тому же, он их воспринимает ниже себя по иерархии. Так что лучше собаку не нервировать, идемте обратно.
