Подошел сзади и утопил лицо в волосах, скользнул рукой по налитой груди. По телу пошла судорожная дрожь, отдавшаяся в паху, и он прижался всем телом, чтобы ощутить ее еще сильнее.
Конечно, она почувствовала, как он ее хочет, по крайней мере, Мак очень на это надеялся. Поцеловал нежную шею и задохнулся от забытых ощущений. Прикусил мочку уха и застонал, уперевшись ей в затылок, казалось, его сейчас просто разорвет от желания. — Эва, Эвочка…
И тут же ощутил, как в его руках она съежилась и заледенела.
— Макар, пожалуйста, — сказала сначала тихо, а потом произнесла ясно и четко: — Я не буду твоей любовницей.
— И не надо, — он зашептал, зарываясь глубже в волосы, — мне не нужна любовница. Мне ты нужна, Эвочка, ты и твоя девочка.
Развернул ее лицом к себе и осторожно прильнул губами. Конечно, здесь, в его доме, она была совсем беззащитной перед ним, он знал, что мог взять ее в любую минуту, вот только ему нужен был не только секс.
— Ты не будешь моей любовницей, я разведусь с Аленой, обещаю.
Если боишься меня, я сейчас уеду. Только поцелую тебя, Эвочка, как раньше, просто позволь…"
"Они целовались, лаская друг друга губами, Макар с головой погружался в поцелуй, не позволяя себе открыть шлюзы на полную мощность, держась у самой поверхности как потенциальный утопленник.
Не хотелось скатываться к обычным вещам, которые говорят женатые мужчины — у нас с женой ничего общего, наш брак был ошибкой. Его брак действительно был ошибкой, Макар теперь вообще не понимал, зачем женился.
Но убеждать в этом Эву смысла не было, он чувствовал — не поверит. Надо просто это сделать и тогда забрать их с девочкой себе.
***Самолет покатился по земле, набирая скорость, и Макар закрыл глаза. Перелет предстоял дальний, командировка нарисовалась внезапно, но впервые в жизни Макару не хотелось никуда лететь.
Он все-таки уехал вчера, чтобы не сорваться и не наброситься как одержимый на недавно родившую девочку. Наверное, он и правда животное, вот только почему это обнаруживается возле одной единственной женщины? Или при одном ее упоминании?
Он уже сел в машину, когда Эва позвала от порога:
— Мак! — а когда он обернулся, добавила: — Береги себя.
И… возвращайся!
Он выбрался из машины, в три шага дошел до нее и снова поцеловал, на этот раз решительно и твердо, и Эва не стала его отталкивать.
— Дождись меня, Эвочка, пообещай, что без меня не станешь оформлять документы на дочку, просто дождись.
