Эва соскучилась по нему, она и не подозревала, как глубоко успела врасти в него и отрастить корни. Теперь ей казался ребячеством собственный поступок, можно было взять паузу как цивилизованные люди, Мак предлагал не разрывать общение, и Эва теперь жалела, что его не послушала… Свою очередь она едва не проспала.
***— Когда у вас были последние месячные? — доктор сняла перчатку и вернулась за стол. Эва сползла с кресла и поспешно начала одеваться.
— Что? А, два месяца назад, — она назвала дату и сразу пояснила: — У меня никого не было за это время после месячных.
— Двенадцать недель. Минимум, если не больше, вы беременны уже двенадцать недель, у вас плацента сформирована, моя дорогая. Вам срочно нужно становиться на учет.
— Но как? — пересохшими губами спросила Эва, выпрямляясь. — Как это могло произойти?
— Как у всех, — ответила доктор, странно хмыкая, — после незащищенного секса с мужчиной.
— Но я принимала противозачаточные таблетки, и месячные…
— Вы уверены, что это было именно месячные? — доктор взглянула поверх очков.
— Вас ничего не насторожило тогда?
— Ну… Они были не такие обильные, и недолго, всего три дня. И я пропустила прием таблетки. А потом и вовсе бросила их принимать.
— Вы прекратили прием противозачаточных препаратов?
— Да, после того, как я забыла выпить таблетку, решила больше их не пить. Мы расстались с моим… парнем, а после него у меня никого не было.
— Это могло быть незначительное кровотечение на фоне того, что вы перестали принимать гормональные препараты, — объяснила доктор и снова принялась писать, — вот возьмите направление на УЗИ, идите в одиннадцатый кабинет, вас сейчас примут, завтра сдадите анализы, и срочно будем ставить вас на учет.
Ну нельзя же так безответственно относится к своему здоровью, Эвангелина! А тем более, к здоровью ребенка.
Эва вышла из клиники как чумная, УЗИ подтвердило беременность. Двенадцать недель, ребенку Макара уже двенадцать недель, а она ничего о нем не знала… Он все-таки у нее будет! Ее охватил такой восторг, внутри налилось теплом, хотелось смеяться, хватать за руки прохожих и говорить, что у нее будет ребенок.
А потом вдруг подумалось, что Макар тоже ничего не знает, и сразу хорошее настроение улетучилось. Эва присела на скамейку и задумалась.
Меньше всего хотелось, чтобы Макар решил, будто Эва использует ребенка как способ вернуть его или удержать, а ведь по всему так и выходило.
