И как все это отразится на мне? Да никак. Куда шел, туда и дальше пойду, чай, не в первый раз-то… Оружие есть, харч и боеприпасы имеются, жив-здоров. Чего еще надо-то? Иди и не хнычь!
* * *– Надо отменять операцию!
– Сдурел, старлей? – Федоткин повертел пальцем у виска. – Кто тебе такое позволит?!
– Ну… вы же можете доложить…
– Что?! Что я должен доложить туда? – ткнул пальцем вверх майор. – Мол, долбанутый по башке унтер рассказал нам… Тебя по башке стукнуть – так, поди, и запоешь!
– Но они же ждали наших разведчиков… – слабо возразил ротный.
– Которые должны пройти по их тылам полсотни верст и там чего-то рвануть… Так унтер сказал?
– Нет…
– С чего же такая паника, товарищ Горячев? Не уверены в своих бойцах?
– Уверен. Но…
– Все «но» надо было озвучивать д о получения приказа. Тогда это имело смысл, не спорю. А сейчас? – недобро прищурился штабной.
Ротный промолчал. Да, разумеется, у него были возражения – много! Но озвучивать их теперь?
Поздно…
Майор вытащил из вещмешка флягу, поднес к уху и взболтнул.
Кивнул и, пододвинув стаканы, налил граммов по сто.
– Пей! Это приказ!
Водка провалилась в желудок совершенно незаметно. Но на душе малость полегчало.
– Вот что я тебе скажу, старлей! Может быть, ты прав. А может – я прав. Сейчас ни то, ни другое проверить невозможно. Вполне вероятно, что немцев просто достали рейды твоих ребят, и они решили с вами жестко разобраться. Может такое быть?
– Да.
– Вот! Но – вполне вероятен и твой вариант.
И как теперь быть? Как думаешь, авиаразведку и бомбовый удар по складам легко организовать? В смысле – мне организовать? Мало ли, может у меня личный авиаполк где-то завалялся…
– Нет. Думаю, что и комдив наш сразу бы не смог.
– Без всяких «бы»! Не смог бы, это уж ты мне поверь. Понимаешь теперь, кому я докладывать должен? И что докладывать? Россказни стукнутого фрица?
– Не знаю…
– А я что – о семи головах? Все про всех знать и ведать должен? Вот! – На стол лег лист бумаги.
– Пиши!
– Что писать и на чье имя адресовать рапорт?
– Комфронта пиши, чего уж тут миндальничать? Карандаш тебе дать?
– У меня есть… – расстегнул планшет ротный.
Минут через пять он протянул штабному исписанный лист бумаги. Тот внимательно прочел рапорт, хмыкнул и покачал головой:
– Смелый ты! Уважаю! Ничего не побоялся. И как думаешь, каков будет результат?
– Операцию отменят…
– Отменят вылет бомбардировщиков – в лучшем случае.
