И к концу повествования у него сон совсем пропал.
– Так… Это Абу, его почерк. Кроме этого мерзавца, табличек никто не ставит.
– Почему?
– Так он не местный. Араб. Не дай Господь, на его фугасе кто-то из местных подорвется – он враз себе полсотни кровников заработает. Да и не платят ему за местных-то.
– Что, только за нас?
– А ты думал!
Продолжая отвечать на наши вопросы, сапер быстро-быстро одевается. Перекидывает через плечо ремень, на котором болтается «маузер» в деревянной кобуре. Надо же! Впервые вижу, чтобы человек с таким раритетом ходил.
Всякие вопросы отпадают, когда на деревянной кобуре я вижу серебряную дарственную табличку. С подписью весьма серьезного дядьки, между прочим.
Не прост бородач, такие люди от щедрот души подобные подарки не делают.
Вытащив из вагончика два рюкзака, сапер сует их нам:
– Тащите! Чай, у вас руки помоложе моих! А я, может, и вздремну чуток.
Ну, здесь-то его планы обломались. При той манере езды, которая свойственна нашему водителю, заснуть во время движения может только раненный в голову.
Ага, навылет.
Подъехав к перекрестку, машина останавливается, и дальше мы топаем уже пешком. Дед воинственно топает впереди, а мы позади тащим его рюкзаки.
– Ну, и где тут ваш спец? – ворчливо спрашивает сапер.
– Здесь я, – выдвигается откуда-то Абдуллаев.
– Рассказывай.
Пояснения нашего взрывника много времени не отняли.
– Вон там и вон там, – тычет он рукой, – две «озээмки» стоят. Взрыватели, судя по всему, электрические, к ним провода идут. Еще что-то закопано непосредственно под крестом: видно, что земля взрыхленная лежит.
Парень весь тоже проводами опутанный. Еще какая-то гадость у него под ногой присобачена. Там скотчем прихватили, чтобы он не шевельнулся раньше времени. На первый взгляд вроде бы все. Ближе я не подходил.
– И правильно сделал! – ворчит бородач. – А то тут не одного тебя хоронить бы уже пришлось.
Он снимает «маузер» и не глядя сует его кому-то из окружающих:
– Присмотри.
Оглядывает нас и тычет мне в грудь пальцем:
– Вон тот рюкзак себе возьми, у тебя пока будет.
А ты, сынок, – поворачивается он к Абдуллаеву, – со мной рядом давай. По науке-то не должен я никого из вас с собой брать. Один работать должен. Да беда в том, что эта собака – Абу – про то ведает. Когда парня нашли?
– Часа в четыре, – отвечает кто-то из толпы.
– Да пока вы приехали, пока меня искали – времени совсем мало осталось. Если я сейчас по науке работать буду, то нас с этим парнем рядышком закопают. Наши правила Абу знает.
