— Простите?
В дверях стоял маленький лысый человек в синем костюме и, близоруко щурясь, рассматривал Ральфа.
Он встал.
— Не имею чести, — произнес человечек и шагнул ему навстречу.
— Я воспитатель, — объяснил Ральф. — Вернулся из отпуска, зашел повидать ребят. Но у вас урок. Я не буду мешать.
— Прошу вас, — засуетился учитель. — Общайтесь. Я зайду позже.
— Мы уже пообщались. Не хотелось бы мешать уроку. Извините.
Ральф обошел лысого и выбрался в коридор.
Учитель прошмыгнул следом.
— Вы ведь их воспитатель, да? — пухлая ладошка ухватила Ральфа за рукав куртки.
— А вам не кажется, — глаза учителя округлились, голос понизился до шепота, — не кажется, что они немножко странные? Этот запах… и это… засилье флоры. Вы не находите? Количество… И запах…
— Нахожу, — любезно сказал Ральф, снимая с рукава пальцы учителя. — Но вам пора.
— Да, — учитель горестно покосился на дверь, — пора. Однако я определенно испытываю дискомфорт. Поймите меня правильно, это тяжело.
Сквозь приоткрытую дверь сладко тянуло болотным духом.
— Привыкнете, — пообещал Ральф. — Со временем.
Понурившись, учитель исчез за дверью, и в нее тут же просочился Стервятник.
— Поехали, — сказал ему Ральф. — Все, что произошло. И покороче.
Стервятник прислонился к стене:
— У меня в стае никаких перемен, — отчитался он. — А в чужие дела я не лезу. Не так воспитан.
— Никто тебя и не просит в них лезть.
Стервятник улыбнулся, обнажив красные десны.
— Самая крупная новость: с нами больше нет Помпея. Скоропостижно скончался от колотой раны.
Можно назвать это самоубийством, а можно и не называть. Я называю так.
— А остальные?
— Остальные могут со мной не согласиться.
Ральф поразмыслил над сказанным.
— То есть это не самоубийство?
Стервятник задумчиво покачал головой:
— Вопрос терминологии. Когда кто-то долго роет яму, потом тщательно устанавливает на дне острые колья и, наконец, с радостным воплем туда прыгает, я называю это самоубийством. Прочие могут придерживаться иного мнения.
— Ладно, — вздохнул Ральф.
— Дальше?
— Дальше в основном мелочи. Не соображу, какая из них может вас заинтересовать. Ну, может, та, что из первой в четвертую перевелся Фазан. Крестник Сфинкса. Он теперь ваш. А Лорда увезли в наружность. Четвертая в трауре, — Стервятник запнулся и поморщился, словно собственный тон его вдруг покоробил.
— Это все?
— Ну, — Стервятник вздохнул, — если говорить о событиях более давних, то умер Волк. Еще летом, вскоре после вашего отъезда.
