Больным полагалось лежать в чистых кроватях, а ходячим и здоровым — не бегать по Могильнику и не заходить в чужие палаты. Но самым странным было не это. Где в Могильнике (вылизанном до блеска) можно найти столько грязи, чтобы перепачкать ноги?
— Снежные кроты, — задумчиво сказал мальчишка. — Зимой роют тоннели, летом превращаются в кошек. Весной, только превратившись, вылезают из-под земли и громко орут. Мартовские кроты. У них очень мерзкие голоса…
Кузнечик соскочил с подоконника.
— Ты кто? — спросил он.
— Узник Могильника, — ответил гость. — Вырвал из стены кольцо, к которому был прикован, скинул ржавые цепи и поспешил сюда.
— Почему сюда?
— А я вампир, — признался гость. — Пришел попить свежей крови. Ты ведь не откажешь больному человеку, дитя?
— А если откажу?
Мальчишка вздохнул:
— Тогда я умру на твоих глазах. В муках.
Кузнечику стало еще интереснее.
— Ладно. Пей. Только немного. Не до смерти. Если ты так умеешь.
— Благородное дитя, — сказал мальчишка. — Сегодня я сыт, и я отвергаю твой дар.
Тела покусанных сестер выстлали мне путь от темницы до самых твоих дверей.
Кузнечик живо представил, как это выглядит. Одна сестра, вторая, третья… и все лежат укушенные, закатив глаза.
— Весело, — сказал он.
— До безумия, — согласился гость. — Слушай, ты меня не спрячешь? За мной погоня. С осиновыми кольями.
— Спрячу, конечно, — обрадовался Кузнечик. — Только, — он оглядел палату, — только здесь негде. В тумбочке ты не поместишься. А под кроватью будет видно…
Гость усмехнулся:
— Не бойся, великодушный отрок.
Старый кровопийца знает, что делает. Ты не против, если твоя кровать станет чуть повыше?
Кузнечик замотал головой. Мальчишка подошел к кровати и завертел какую-то ручку. Кровать приподнялась. Гость заглянул под нее и остался доволен.
— Там резинки, — объяснил он. — Удобная штука, если не очень тугие, — он подошел к Кузнечику и внимательно оглядел его. — Ты мне нравишься, отрок, — сказал он серьезно. — А теперь, простимся.
— Уходишь, — грустно протянул Кузнечик.
Мальчишка подмигнул. Глаза у него были карие — такие светлые, что казались оранжевыми.
— Всего лишь под кровать.
Он помахал рукой и, встав на четвереньки, скрылся под матрасом. Покопошился, чертыхаясь, и исчез.
Кузнечик подбежал к кровати и прислушался. Было очень тихо. Только нагнувшись к полу, можно было различить еле слышное дыхание гостя. Съедаемый любопытством, Кузнечик вернулся на подоконник.
