Придя в себя, мы собрались и снова двинули за Кисом. Часа через четыре были на месте.
На дне расселины с почти прямыми стенами лежал раненый кот. Даже здоровому ему было бы сложно выбраться оттуда, а уж раненому — вообще никак. Я отправил пару девчонок искать место, наиболее подходящее для размещения пострадавшего, часть народа назначил на разбивку лагеря, готовку еды и горячей воды для промывки ран, а сам занялся организацией подготовки к подъему кота.
Первым в расщелину спустили меня, затем Яджину и рюкзак с лекарствами.
Остальные готовили носилки и устанавливали крепления, необходимые для подъема тяжелого кота. Судя по виду, котяра пролежал в этом ущелье дня три. Кис расположился на противоположном от нашего лагеря склоне, чтоб не мешать, но в то же время видеть все, что происходит. С момента нашего спуска он неотрывно следил за нашими действиями, время от времени порыкивая, то ли от нетерпения, то ли что-то говоря раненому.
Раненый котишка был в сознании и, тяжело дыша, напряженно следил за нами.
Первым делом мы его напоили отваром укрепляющих трав. Затем приступили к осмотру. Несколько глубоких, но неопасных ран на боку и на лапе тут же промыли и присыпали лечебной золой из корешков. Более пристальное внимание мы собирались уделить им уже после того, как выберемся наверх. Самой серьезной проблемой оказался перелом передней лапы. Наложив на нее шину, мы занялись приготовлением кота к поднятию наверх.
С трудом уложив его на носилки, собранные из деревянного каркаса с нашитым на него полотном, и затем закрепив кожаными ремнями, начали подъем раненого.
Пару раз мы чуть не роняли кота, зацепившись за выступы скал углом носилок. На всю процедуру вытаскивания у нас ушло больше часа. Укрепив вытянутые из расщелины носилки на ровной поверхности и опять напоив кота лекарством, мы попадали рядом, пытаясь прийти в себя.
Кис тут же перебрался на нашу сторону и, не обращая на нас внимания, принялся вылизывать своего соплеменника. Между собой они тихонечко перерыкивались, будто разговаривали.
Мы еще раз напоили пострадавшего, ведь он не пил несколько дней, а это опаснее, чем не есть. Пообедав и отдохнув, потащили раненого на найденное девочками место.
Это оказалась небольшая, почти ровная полянка с десятком деревьев и протекающим между ними ручьем. Поднеся кота к ручью, мы аккуратно обтерли его, чтоб смыть кровь и грязь. На что он недовольно зарычал. Мы на всякий случай отскочили в сторону и замерли, готовые разбежаться.
