Да, у нас их мало, выглядеть будем беднее многих, но зато охотники за приданым к нам точно не прицепятся.
Видя, как Лори кривится, глядя на молодых и развязных щеголей, я попытался ее успокоить:
— Слушай, как мне кажется, тебя больше интересуют более серьезные и представительные мужики. Вот и высматривай среди них кого-то посимпатичнее.
— Не знаю… может быть… Но чем старше мужчины, тем меньше шансов, что они свободны, — задумчиво рассматривая окружавших нас людей, тихо ответила она.
В это время объявили выход короля.
— А чем тебе не подходит его величество? Он, говорят, вдовец. Ты только посмотри, подтянут, красиво одет, движется словно танцует, а лицо — просто картинка, — как товар на продажу, начал рекламировать я.
Лори перевела свой взгляд на входящего короля и… начала его внимательно изучать. Из недовольного ее лицо постепенно приобрело задумчивое выражение, а затем оно плавно перетекло в мечтательное.
— Хм… А ведь и действительно потрясающе смотрится! — наконец восхитилась сестрица.
Его величество медленно шел вдоль рядов своих подданных, и его мантия волочилась за ним, подметая пол.
При его приближении женщины приседали в глубоком реверансе, а мужчины склоняли головы.
— Ну и как он сможет обратить внимание или даже просто увидеть меня, если надо низко присесть и склониться. Да и народу так много, что он меня и не выделит из толпы. Ты посмотри, он ни на ком не задерживает взгляд, — еще сильнее, чем перед этим, расстроилась Лори.
М-да-а. Ведь правда, проплывает, не глядя… Привлечь внимание… Мысли быстро скакали у меня в голове.
Как я понял, король — мужик веселый, может оценить чужие шутки и сам не прочь посмеяться. Правда, королевские шутки не всегда безобидны. Но кто не рискует, тот не пьет шампанского.
— Так. Пошли со мной. — Схватив сестру за руку, я решительно двинулся на передовую.
Аккуратно, но настойчиво протолкавшись, я выставил Лори в первую линию, чтобы мимо нее прошел его величество, а сам переместился на пару метров вперед по ходу короля. И как только тот прошествовал мимо меня, я наступил на край его волочащейся мантии и присел в реверансе.
Единственное, чего я опасался, как бы он не дернул мантию резко, а то я и рухнуть мог.
С внимательностью у величества оказалось все в порядке, после небольшого натяжения мантии он притормозил и обернулся ко мне, удивленно приподняв брови. В этот момент Лори, стоявшая прямо перед ним, мило улыбнулась и, присев в глубоком реверансе, произнесла:
— Прошу ее простить, ваше величество.
