Но когда-нибудь ему с этим все равно придется столкнуться, так почему же не сейчас? Я присмотрелся: успокоился парень или как? Оказалось, или как. Глазки загорелись, типа щас буду рвать и метать. Ну конечно же, какой позор, дама обидела, это просто оскорбление!! Ну-ну…
Чтоб не сильно рисковать (свое тело беречь надо), я снова махнул двумя разноцветными платками и врезал (не особо сильно) парню промеж ног. Согнувшись, тот упал на колени, судорожно хватая ртом воздух.
— Еще раз спрашиваю: что и зачем? — резким голосом потребовал я ответа.
Упрямец начал медленно подниматься.
Было неясно, дошло до него, что не стоит приставать, или нет. Наконец, вспомнив про свои возможности, я нанес ментальный удар, чтоб запутать мысли и прекратить эту разборку. Быстро оглядев себя, я перекосил верхнюю юбку, разлохматил слегка волосы, половину кружев на груди заправил внутрь и, схватив парня за руку, открыл дверь в зал. Поняв, что народ занят своими делами и мало обращает на нас внимания, я, заходя в зал и толкая перед собой парня, держащегося за причинное место, заорал:
— Безобразие!!! Нападают! Пристают! Я честная девушка… в смысле девочка… в смысле честная.
А некоторые извращенцы и уроды кидаются и хватаются прямо за… в смысле грудь… в смысле за то место, где должна быть грудь. Да-а… И я думаю, она там будет… когда-нибудь…
Я запутался. Мэгам и сестрички с трудом сдерживались, чтоб не заржать. Часть гостей смотрела на нас с недоумением, а часть — возмущенно. Вероятно, у возмущенных имеются дочери, а у недоумевающих — сыновья.
— Что это с ним? И почему он так странно м… э… — заблеяла одна толстая дама.
— Вы хотите сказать, держится за..? — Состроив невинные глазки, я посмотрел на даму и продолжил: — Он начал меня хватать за… — Я оттянул вырез платья и заглянул внутрь.
Сестры и Мэгам засмеялись вслух, а я продолжил:
— За это самое… А мне не понравилось. Я толкнула его, а сзади лестница… Он и упал… и, наверное, ударился ими о лестницу… — Что-то у меня речь не получается.
Надо было все же, перед тем как войти сюда, придумать что-то поумнее.
Такой частью тела о лестницу — это же как извернуться надо?! М-да-а…
— Ты как посмела! Ты что с ним сделала! — заорал какой-то мужик, наверное, его отец.
— Я просто отвергла его приставания, а то цепляются всякие уроды, — пожал я плечами и, чтобы закончить скандал, слегка ударил мысленным кулаком по животу орущего мужика. Тот резко замер и замолчал.
— Он не урод! Он нравится девочкам! — взвизгнула толстая дама.
