Так вот, все время нашего проживания в замке Гарнэллов мы не прекращали тренировки. Для этого каждое утро команда бежала в ближайшую рощу. Как-то утром, вскоре после похорон графа, перед началом занятий в роще, я услышал плач. Махнув своим, чтобы начинали, я пошел на звуки всхлипываний и причитаний. Плакала молоденькая девушка очень приятной наружности. Подсев к ней, я начал расспрашивать о проблемах, которые могли заставить такую красавицу расстроиться. Разговорить печальную особу стоило больших трудов и долгого времени.
Моя команда, закончив тренировку, уже ушла в замок, а я все еще выяснял у девушки причину ее слез.
Оказалось, она — одна из тех, с кем развлекался барон. Для нее, как и для всех побывавших у графа женщин, начался сущий кошмар. Оказывается, девушек дразнят и обзывают свои же, деревенские, швыряют в них камни, тянут в кусты. При попытке сопротивляться орут, что, мол, графьям можно, а мы не хуже… И никого не интересует, что не по своей воле они там были. Уехать из деревни им просто некуда. Да уж, ситуация.
Как и во все времена, жестокость — главное качество нищих независимо от того, как ты попал на дно и хочешь ли так жить дальше, окружающие просто не позволят тебе подняться…
Подумав, я предложил ей привести всех желающих девушек к нам на тренировки. Пусть посмотрят на то, чему я смогу их научить. И если они с полной отдачей будут заниматься, то ни один мужчина без их разрешения не сможет даже приблизиться к ним. А если они выучатся, то смогут работать телохранителями и быть на полном обеспечении того, кому будут служить.
Через три дня рядом с нами на поляне для тренировок выстроилось пятнадцать девушек от четырнадцати до девятнадцати лет. Лица у них были невероятно жесткие, словно окаменевшие. Они собирались мстить, и, глядя на них, так и хотелось сказать: ну, редиски, берегись!
Девчонок разместили в трех комнатах в крыле для обслуживающего персонала. Все слуги Гарнэллов, способные шить, три дня не выпускали иголку из рук и сшили девочкам по три комплекта одежды. Это был однообразный набор из широких брюк и курточек с большим количеством карманов.
По их просьбе одежда не была украшена. Судя по их поведению, они не планировали становиться в будущем женами и матерями. А уж с каким рвением девчонки взялись за тренировки, это просто поражало! Одевались и питались сейчас они даже лучше, чем до происшествия. И более всего им нравилось, что деревенские стали бояться их и обходить стороной.
Тренировались они все свободное от сна и еды время.
