Могла ли та ситуация стать отправной точкой? Было ли это все местью?
Я так и не узнал ответы на эти вопросы…
- Вот, - неожиданно взвилась она, ткнув пальцем в мою сторону. - Ты опять это делаешь!
- Что это?
- Смотришь на меня ТАК. - Я вопросительно приподнял брови. - Так, будто видишь не меня, а ту, другую… Варю… - она резко замолчала, судорожно вдохнула, сжала пальцы еще сильнее, отчего костяшки побелели. А затем неожиданно ударила в самую грудину вопросом: - Кто она?
26. Карина
Вопрос повис в воздухе.
Возможно, я совершила ужасную ошибку, но напряжение достигло апогея. Раз уж мне придется остаться в этом доме, то я хотела разобраться и понять, чего ожидать.
- Я имею право знать, - добавила зачем-то, видя, как прояснилось выражение лица мужчины, и он тут же закрылся от эмоций.
- Это тебя не касается, - хмуро ответил Рустам. Не так агрессивно, как я ожидала, но все же…
- Касается, раз уж у моего ребенка такой отец, как ты!
- Как я? - тихо переспросил Сабуров, делая шаг ко мне.
- То есть я настолько плох, что ты бы, конечно, выбрала кого-то получше, да? Например, Дамира, правда?!
- Выбрала бы! - выплюнула со злостью я. - Да только ты же мне этого выбора и не оставил, когда забыл о защите!
Я была готова к чему угодно - что Рустам схватит меня, встряхнет, наорет, начнет угрожать или еще чего похуже. Но никак не могла предположить, что он… растеряется.
На краткий миг с его лица сошли те холодность и равнодушие, что он так успешно показывал все это время.
Мужчина отвел взгляд и едва заметно вздохнул."
"- Я скажу это только раз, - негромко заговорил он. - Если тебе станет от этого легче… Я плохо помню тот вечер. Лишь какие-то обрывки. Не хотел, не планировал ничего подобного тогда, думал, просто отпущу тебя. Но смерть сына меня подкосила. Я оказался не готов к такому, и когда мое прошлое догнало меня, а ты оказалась рядом, такая похожая, такая отзывчивая… - он повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза.
От той боли, что плескалась в глубине его темных глаз, стало не по себе. - Я поклялся не заводить привязанностей после смерти Эмиля. Но теперь у меня снова будет ребенок. У нас будет. И раз уж он нужен нам обоим, то давай объявим перемирие, наконец. Хватит воевать со мной.
- То есть это я виновата? - ошарашенно спросила я.
- Никто не виноват. Обстоятельства сложились так, что мы провели вместе ночь, и теперь у нас будет сын.
