Глеб почувствовал неимоверную нежность к Наталье и в то же время дикое раздражение на самого себя!
«Вроде предохранялся, — мысленно поморщился он, становясь на колени рядом с кроватью и аккуратно убирая с лица любимой непослушные русые прядки. — Наверное, когда душ принимали вместе, тогда и залетели. Блин, с одного раза!»
— Натка, — позвал он жену, — поговори со мной.
— Отвали, Наумов, — пробормотала сквозь сон она. — Твой сын только угомонился. Лучше приготовь завтрак, а?
Он неслышно вышел из комнаты, даже не зная, радоваться или нет утренней новости.
Но вопрос, почему жена, получив положительный результат, сразу выкинула тест, буравил душу.
«Наверное, хочет оставить, — подумалось ему, — и решила, что я буду против. Вот и молчит до срока, когда уже прервать невозможно. Или, наоборот, собралась втихаря аборт сделать», — почесал башку Наумов, чувствуя, как начинает злиться на Наталью."
"— Мать твою за ногу, — выругался он. — Решила меня втемную использовать…
— Что-то случилось, Глепа-а? — поинтересовалась сонная Катерина, заходя на кухню.
Сестра быстро на автомате поставила греться чайник и, достав из холодильника молоко и дрожжи, замесила опару на оладьи. — Кто тебя использует, братец?
— Вы все, бабы, одним миром мазаны! — пробубнил он и, видя, что сестра готовит завтрак, потрусил к себе в спальню. Прилег рядом с женой, запустив по привычке руку ей под майку, но тотчас вытащил ее обратно. Мокрую от молока. И, недолго думая, обтер ладонь о махровую простыню.
— Ну что ты делаешь, обормотище? — тяжко вздохнула Наталья.
— Твои шуточки и шашни… — пробормотал Глеб недовольно.
— Ты что такой добрый с утра? — не поняла Наташа, отворачиваясь от мужа и обнимая ребенка.
Глеб навис над ней и, обняв за плечи, прошептал зло:
— Я видел тест и теперь жду объяснений. Почему мне ничего не сказала? — рыкнул он.
— Какой тест? — не поняла она и тут же застонала от бессилия.
— Когда в следующий раз будешь что-то выбрасывать, заверни в бумажку, — зло пробубнил он.
— Я жду объяснений…
— Это Катькин, — выпалила жена, а потом рассмеялась, увидев вмиг поглупевшее лицо мужа. — Только она просила пока никому не говорить.
— Даже Феликсу? — изумился Глеб. — Хороший повод сойтись.
— Никому, — повернулась к нему жена, да еще пальцем ткнула в грудь. — Пообещай мне.
— Да иди ты, — отмахнулся муж и, со вздохом поднявшись, отправился на кухню.
Пришлось бежать следом и кричать в голос:
— Катя, я ему ничего не говорила.