Кому эта херь вообще помогает? Мне точно нет! И никогда не поможет, если моя нервная система сейчас решето.
Яна прикусывает губу и хмурится, и меня выкручивает так, как выкручивало в больничке сразу после операции без обезбола. Ну же. Дай мне анестезию, от которой станет легче, Яна. Дай мне ее, иначе я сейчас сдохну.
— Да, я сказала ему «нет», но он все равно…
От тишины можно сойти с ума. Теперь я отчетливо это понимаю, чувствуя, как внутри разгоняется нетерпение вместе с гневом-предчувствием дальнейшего пиздеца.
Что ни говори, а интуиция иногда у меня срабатывает четко. Четко в лоб!
— Говори.
Яна опускает взгляд, краснеет, а затем выпаливает быстро, ну и в целом-то, хорошо что так. А то меня бы еще в мясорубке от ожидания проносило бы несколько раз.
— Он меня поцеловал. Против моей воли, и я сопротивлялась. Но ничего больше, я правду говорю Просто…я так не хотела проблем…мне обидно, — она рыдает сейчас, а у меня пульс по ушам шарахает взрывами от растяжек.
Эти слезы выжигают ожоги в душе.
Мне физически больно смотреть на это все, но я также понимаю, что это не вся правда. А она мне, черт возьми, важна.
— Когда?
Стерев слезы, Яна снова опускает взгляд. Мне и ответа не надо, все ясно как божий день. Злость настолько сильная, что я чувствую напряжение во всем теле. Прилив адреналина бешеный.
— Я спросил, когда именно это случилось? Когда мы уже начали встречаться? Или до встречи со мной?
Гнев раскатывается в огненный шар, который внутри только набухает с каждой секундой ожидания.
Облачко беззвучно плачет и прикрывает лицо руками. Мою ладонь жжет. Та ладонь, что все еще без движения лежит на коленке девушки, в которую я влюбился как малолетка.
— Когда мы уже начали встречаться.
Бам. Контрольный выстрел в голову. Если я умру от инсульта, то в этом виноваты вот такие эмоциональные качели!
— Какого…черта ты мне не сказала? — я пытаюсь держать себя в руках, выходит слабо. Конечности вибрируют от напряжения, самопроизвольно дергаются. Я вполне мог только что сделать больно Яне, и потому убираю руку.
Мне от этого херово. Вообще очень.
— Я не хотела проблем.
— А врать мне нормально? Яна, мать твою, какого лешего ты творишь вообще? На мою девушку покушается какой-то уебок, он ее целует против воли и зажимает хер пойми где, а ты молчишь? А если бы он тебя трахнул, тоже смолчала бы? — ору в машине, отчего Облачко скукоживается.
Повисает оглушающая тишина, которая здорово охлаждает. А затем слышу всхлип.
