Набрасываю портрет целевой аудитории, продумываю конкурентные преимущества и в целом подход к работе.
Теоретический фундамент готов. Можно приниматься за дело по-настоящему. И у меня даже есть идея, что можно провернуть, чтобы агентство сразу выстрелило.
Для начала нужно отыскать человека с достаточно громким именем и большим количеством подписчиков в соцсетях. Возможно, известного дуэлянта или просто медийную личность. Но не местного. Кого-нибудь из далёкой части империи или вовсе из другой страны.
Он поможет махом раскрутить мой бизнес с нуля и даже не будет подозревать об этом.
Займусь поиском сразу после занятий.
Во время большой перемены отправляюсь в столовую. Вижу Надю Серебрякову — она сидит одна за дальним столом. Заметив меня, Надежда осторожно улыбается и машет рукой. Киваю в ответ, беру себе поесть и решительно направляюсь к ней.
— Сань, садись к нам! — внезапно приглашает Булатов, когда я прохожу мимо.
С ним за столом ещё пара моих одноклассников, включая Анастасию, и ребята из других классов.
И приглашение можно расценивать как признание того, что я для них больше не изгой. Меня хотят принять в свой круг.
— Благодарю, — киваю я. — Мне нужно обсудить кое-что с подругой.
— С кем? — Булатов оборачивается и морщится. — Да зачем она тебе, эта толстуха?
— Это ты говоришь? — с неподдельным удивлением поднимаю брови, оглядывая пузо одноклассника. — Подожди секунду, я сейчас вернусь.
Подхожу к столу Нади и ставлю поднос.
— Привет, — говорит она.
— Привет. Мы сейчас.
— Кто мы?
Возвращаюсь к Булатову и встаю над ним.
— Требую извинений, ваше благородие.
— Чего?
— Ты оскорбил мою подругу. Требую извинений.
— Тебе неймётся, Грозин? — с раздражением в голосе интересуется Настя. — Снова на дуэль собрался?
— Зависит от него, — сверлю Булатова взглядом.
— Блин, Саня, да все её так называют! — пытается оправдаться тот.
— И, по-твоему, это нормально? Может, и тебя всем стоит как-нибудь называть?
— Повод есть, — негромко говорит парень за столом и усмехается.
— Ладно, ладно! — Булатов поднимается.
— Пошли.
Вместе подходим к Надежде, и Булатов бормочет слова извинения. Я благодарю его за это и сажусь напротив красной как рак Нади. Чуть морщусь от боли в боку, но ничего, терпимо.
— Зачем это? — мямлит она.
— Мы с тобой хотели поговорить, помнишь?
— Помню… Как твоя дуэль? Слышала, ты победил.
— Уже слухи ходят? — я хмыкаю. — Да, победил. Но давай не об этом.
— А о чём?
— О ком. О тебе.
— А что обо мне? — Надя ещё сильнее смущается.
