— С руководящей должности его, как мы видим, никто не снимает, так что в жалости нет смысла.
На это Диляра мечет в меня осуждающий взгляд. «Бессердечная», читается в нем. Меня это нисколько не трогает. Благодаря таким бессердечным, как я, свободно существуют такие, как она, ждущие, что кто-то вытрет им сопли и утешит. Вот в чем разница между нами: я не люблю жалеть кого бы то ни было, потому что жалость для меня унизительна. Для Диляры же она — признак добродетели.
— Подскажите, а предложения нужны в письменном виде или электронном? — тоном примерной ученицы спрашивает она, вновь повернувшись к центру зала.
"
"— Как угодно. — Глаза Камиля вспыхивают усмешкой. — Но в силу своего возраста, предпочел бы получить их старинке: на бумаге.
Вот теперь меня разбирает смех. Чертов мамонт. Это ведь булыжник в мой огород.
— Скажу на всякий случай, что бизнес-ланчи для сотрудников останутся в силе, — добавляет он, на что кто-то особо веселый даже пытается аплодировать.
Спустя минут двадцать так называемая планерка подходит к концу, и мы расходимся по своим рабочим местам.
Промежуточные итоги встречи такие: кардинальных изменений внесено в ближайшее время не будет, и продвижением по-прежнему занимаюсь я, правда, и отчитываться теперь придется не только перед Кокориным, но и перед новым совладельцем. Возможно, по необходимости будет увеличен бюджет на рекламу.
— А Камиль Асхатович приятный такой, — подает голос Диляра, идущая со мной рядом. — Я раньше его побаивалась, а он, оказывается, говорит так красиво и даже шутит.
Все, что мне остается — это закатить глаза. Ясно, что это была показуха для сотрудников. Долго шутить он не будет.
— А еще он красивый такой, — не желает смолкать коллега. — Хотя и взрослый. Интересно, он встречается с кем-то? Я бы попробовала с ним. Если уж со сверстниками не складывается.
Поперхнувшись воздухом, я продолжаю идти молча. Сдается мне, Диляра переоценивает значимость макияжа. Думает, что с Камилем будет проще, чем со сверстниками? Ну-ну.
Он перемелет ее косточки в муку, а сердце прожует и выплюнет. Я-то знаю.
16
Хотя после планерки Камиля я не видела почти неделю, его присутствие незримо ощущалось в коридорах «Холмов». Работая за компьютером, мне чудился его голос, а запах его туалетной воды, казалось, пропитал воздух в вестибюле. Ну, или я все это придумала, и так эффективно работает самовнушение.
В любом случае, мысль о том, что мы в любой момент можем столкнуться, держала меня в тонусе.
