Эдит и Джейн придерживались того же мнения и в два голоса поведали Офелии о новом возможном поклоннике. Сын герцога, несказанно богат, хорош собой и идеально подходит ей, если, разумеется, она окончательно порвала с бывшим женихом.
Не успели они договорить, как появился предмет их обожания, и – подумать только – едва ли не под руку с Сабриной! Сразу видно, что они не случайно столкнулись в дверях, нет, наоборот – эта милая парочка весело смеется, направляясь на поиски незанятых стульев."
"Разумеется, все три девушки знали, что Сабрине каким-то образом удалось заинтересовать Дункана Мактавиша, не отходившего от нее весь прошлый вечер.
Перед этим Эдит и Джейн даже шутливо поспорили, кому из них удастся обворожить его теперь, когда помолвка разорвана. Но все это было до того, как они увидели, что Дункан не сводит глаз с Сабрины.
К чести подруг нужно заметить, что им в голову не пришло упомянуть об этом в присутствии Офелии. Наоборот, обе молились, чтобы она ничего не узнала от посторонних.
Поэтому они ушам не поверили, когда Мейвис ни с того ни с сего презрительно фыркнула:
– Несправедливо обиженная? Отвергнутая? Черта с два! Я постоянно твердила вам, что Сабрина необычайно обаятельна и умеет привлечь мужчину, но все вы только смеялись! Теперь видите, как я была права? Самые завидные женихи ловят каждое ее слово!
Офелия встрепенулась и обратила хищный взор прищуренных голубых глаз на дерзкую приятельницу:
– Кого ты имеешь в виду?
– Твоего Дункана, конечно, – скучающе бросила Мейвис, втайне наслаждаясь происходящим.
Джейн и Эдит в полном отчаянии едва не ломали руки. Мейвис с трудом сдерживала торжествующую улыбку. Удар оказался даже более точным, чем она могла рассчитывать. Ведь Мейвис понятия не имела о том, что Офелия провела остаток дня и ночь, запершись в своей комнате, пытаясь сообразить, почему Дункан во время встречи вел себя совсем не так, как должен был, по ее расчетам.
– Разве Сабрина не упоминала, что он не отходил от нее весь вечер? – продолжала Мейвис.
Поскольку Офелия даже не знала, что Сабрина была вчера в Саммерс-Глейд, открытие подействовало на нее самым ужасающим образом. К несчастью, она никогда не умела хорошо скрывать свои чувства, и, хотя старалась выглядеть беззаботной и равнодушной, лицо ее исказилось почти уродливой гримасой.
– Сабрина не из тех, кто охотно делится секретами, – процедила она.
– И тем более успехами. Жаль, – добавила Мейвис.
