Он ведь слов на ветер не бросает.
– Ты…
– Я, Ева, я. Сказал ведь – да, я козёл, – мне уже становится невыносимо от этой близости. Взгляд Амира опускается вниз и прикипает к моим губам, которые едва не касаются его губ. Всего несколько миллиметров. И всё. Одна кочка – и конец. – Зато… У нас будет ребёнок. Маленький малыш, которого ты так хотела и из-за которого я испортил твою жизнь. И я всё исправлю.
– Амир, я…
Я не договариваю. Амир делает этот толчок своей рукой вперёд. И соприкасается своими губами с моими.
Жадно, словно оголодавший, целует. Не даёт мне опомниться и доводит меня своим языком до очередного помутнения. Но я отрываюсь. Пытаюсь. Не выходит.
Он сильнее вжимает меня в себя."
"И всё. Выбора нет. Позволяю ему сделать то, что он хочет. Выпить меня досуха. Лишить сил. Всего.
Саидов отрывается, когда я уже расплываюсь в его руках как безвольная кукла. Ничего против него не могу сделать. Он – как огромная стена. А я та букашка, что пытается сдвинуть её с места.
– Мне всё равно, что ты скажешь, – опять говорит жёстко.
– Я буду тварью, уродом. Но ты летишь со мной в Дубай. Вылет через двадцать минут. Приготовься к взлёту, малышка. Полёт будет долгим.
* * *Ева
Стоит ли говорить, что все мои слова «Я не хочу в Дубай» были проигнорированы? Именно поэтому сейчас Амир несёт меня на руках к небольшому самолёту, а я пытаюсь его вразумить и отговорить от его глупой затеи.
– Ты не понимаешь, мне нельзя с тобой лететь, – обречённо выговариваю.
– Почему? – Амир не обращает на меня никакого внимания.
Поднимается по трапу, а я смотрю ему за спину, прощаясь с родными землями.
И воспротивиться не могу. Себе же хуже сделаю.
– Я волнуюсь за ребёнка и хотела бы быть постоянно под контролем у своего врача, – протестую. – А в самолёте может что-нибудь произойти. Как и в Дубае. Я не могу довериться…
– Твой врач – дерьмо, – резюмирует так, что мой рот от удивления распахивается. – По поводу остального…
Саидов ставит меня на ноги. И я тут же отхожу от него на шаг назад.
Наконец вдыхаю свежего воздуха, не пропитанного запахом его тела. Чувствую мнимую свободу, которой нет.
Оборачиваюсь и…
Обескураженно пялюсь на трёх людей. И один из них… Очень мне знаком. Эта та девушка из клиники.
– Это твой новый лечащий врач, – Амир равняется со мной и идёт к своему месту. – А это его помощники. Ты будешь под их наблюдением. У нас также имеется необходимая аппаратура в разных случаях опасности твоего здоровья.
