– Одна маленькая девочка ударила арабского бизнесмена с кучей охраны вне палаты.
– Это было случайно! Я…
– Помню. Ты испугалась, что тебя застукают, и убежала. И мне прилетело по голове.
Я смущаюсь, и всё равно ощущение такое, что это выдумка. Но я верю ему. Шрам тому подтверждение. Тем более он полностью описал тот случай.
– Ты помнил обо мне в нашу первую встречу? – сглатывая, буквально проваливаясь в тёмную пропасть его глаз. – Точнее, во вторую.
– Помнил, – кивает. – Скажу больше. Я ничего не видел из-за своей одержимости к тебе.
Пошёл на всё это. Прости, я был полным мудаком.
– Ну, ты и сейчас не лучше, – смеюсь, пытаясь сгладить обстановку, за что и получаю лёгкий удар по бедру. Вот же! Я тут, значит, пытаюсь не ворошить прошлое, а он ещё и больше вдаётся в подробности!
– Давай забудем, ладно? – говорю это и ложусь рядом. Не проходит и секунды, как Амир повторяет ту же позу, в которой и я была секунду назад. Нависает сверху, недовольно сдвинув брови к переносице. – Ты всё уже исправил. Даже поработал сверхурочно.
– Объясни.
Я игриво улыбаюсь, опускаю пальчики на его твердые и горячие плечи. Они такие… Боже, как же я по нему скучала! Я сейчас готова его зацеловать до больных губ.
– Я ведь была у врача.
– Так. С малышом что-то не так? – тут же беспокоится. Но я, не мешкая ни секунды, пытаюсь его расслабить. Чтобы не надумал ничего лишнего!
– Всё отлично. И с одним, и со вторым.
– Чего? – ещё сильнее сдвигаются брови.
– У нас будет два ребёночка, – выдыхаю, желая увидеть радость на его лице.
Или испуг. Я пока не знаю, что хочу видеть. Но мне самой страшно от реакции Амира. Вдруг он… расстроится?
– Это… – вижу, как он искренне растерян и не знает, что сказать. – Здорово. По дому будут бегать не две ножки, а четыре.
Я выдыхаю, испытав такое облегчение, которое не испытывала никогда в жизни.
– Тебя это не пугает?
– Нет, – подаётся ниже. Целует невесомо в губы. – Меня пугает то, что это будут две девочки. Я от нервов все волосы не только на голове вырву, но и на заднице.
Вот же дурной!
Я начинаю смеяться, представив это.
И, кажется, Саидову это не нравится. Затыкает мой рот поцелуем. Таким бурным, не жалеющим. Целует так, словно изголодался. Годами не делал этого, а теперь отрывается на мне. А я не против. Подаюсь вперёд, отвечаю на поцелуй и потихоньку погибаю от этих умелых губ.
Мы ещё ни разу не целовались так. Бездумно, со стопроцентной отдачей.
Неожиданно вся эйфория пропадает.
Потому что Амир отстраняется.
