Сейчас мы войдем в дом, ты дашь отбой своим выродкам и вы все свалите из моего дома.
— Куда торопишься? Заказ горит, Басманов? — сплевывает, злится.
— Горит, — сквозь зубы, — делай как я говорю…
Раздался выстрел.
Это был первый этаж. Комната справа, в которую я должен был попасть первым. Я сразу понял: убили мужика.
— Сука!
Я взревел.
Взбросив руку, воткнул ребро пистолета ему в хребет. Шах упал ладонями на землю без сопротивления.
— Я уеду, — соглашается вдруг, — сам избавишься от семейки. Мне же чище.
— Чем чище? Муками совести ты не страдаешь, — сплюнул яро.
Я схватил его за шкирку, оглушил для верности и затащил в дом через черный вход. Тяжелый, падла.
Тени ходили по первому этажу. Ждали, пока девчонка и женщина проснутся и придут на выстрел. Я знал эту схему: они собирались убить их здесь. Так меньше следов и телодвижений.
— Вставай! Вставай и забирай своих шакалов!
Эмин ухмыльнулся и качнул головой:
— Максимум, что я сделаю, я уйду. Остальное — не мои заботы. Можешь убить меня, но ты этого, конечно, не сделаешь.
Силенок не хватит.
Помахав ладонью, Шах ушел и оставил свои заботы на мне.
Я не знал почему он не хотел выполнять поручение отца, но я явно облегчил его участь. Муки совести были написаны на его лице — эта ночь могла стать его наказанием.
Я тогда не заострил на этом внимание.
Тихо вошел в дом и проник в нужную комнату. Возле кровати я нашел бездыханное тело.
— Олег. Прости, что это сделал не я.
Ярость затмила глаза.
Ублюдки Эмина выполнили мой заказ. Все должно было случиться иначе.
Без шума. Без криков.
На лестнице послышались шаги.
Со второго этажа донесся звонкий голос:
— Папа? Папа, что случилось? Папа, где ты?!
Меня бросило в пот. Девчонка. Его ребенок.
Она спускалась вниз.
Глава 15
Жасмин
Я кричала.
Во сне.
Даже этой тихой июльской ночью мне снилась весна. Почти рассвет, в котором папы больше нет.
Мне снилась первая встреча с Давидом. В ту ночь я услышала выстрел и бегом спускалась со второго этажа. Тогда я и нарвалась на его сильные руки.
Помню, как вскрикнула, как засуетилась. От страха за маму, за папу. И немного за себя. Я тогда еще не знала, что папы больше нет. А позже увидела на руках Давида кровь и все — я тогда все поняла.
— Это просто сон, — успокоила я себя.
Сон и мое прошлое.
Я вытерла слезы, отдышалась и вспомнила, как меня ругала Наталья Александровна за то, что я очень слаба и что я вообще за всю беременность набрала всего около восьми килограмм.
Наверное, это было плохо.
