– Найт, – позвал меня Найши и сверлил взглядом, пока я не повернулся к нему.
Он смотрел с печальной улыбкой, полной сострадания, а не с гневом и отвращением.
– Никогда не будет никого сильнее тебя. – Сууден коротко качнул головой. – Можешь помочь – помоги. Нет смысла бояться последствий, если сделал то, что считал нужным. Это слова твоего учителя. Невероятно правильные, если вдуматься.
– Использовать собственную Нить для убийства? – Я снова на мгновение болезненно зажмурился. – Добровольно?
– Это все ненавидят, Найт.
– Найши пожал плечами. – Каждый из нас. Но иногда иного выхода просто нет. Ты теперь тоже часть величайшей, как ты сказал, армии Востока. Часть Элледа. И за твоей спиной уже не возмездие за убитых родичей – за ней сама ткань мироздания. Тысячи и тысячи людей, рассчитывающих только на твою силу. На способность переступить через личные интересы. И когда кому-то эта сила потребуется, не будет никого сильнее тебя. Из-за поворота не выбежит Анха или кто-то из нас. Будешь только ты, один.
Тебе одному и решать, кому подыгрывать в этой войне.
Я сглотнул и очень быстро – быстрее, чем хотел, – допил свое вино. Найши, наблюдая за мной, коротко усмехнулся. У меня перед глазами стояли сейчас лица тех, кого я потерял. Моей семьи, моих друзей. И еще множество совсем незнакомых, но которых я все же убил. Подчиняясь приказу, утешаясь мыслью, что иного выхода не было. Знал ли я, что он был? Знал ли, что все это просто глупая отговорка, что приказ не имеет значения? Что я при желании мог бы отдать себе его сам?
– Я больше не позволю причинить вреда людям просто так, – мрачно заявил я, наконец.
– Хорошо. – Сууден, приподняв бровь, внимательно наблюдал за мной.
– И, если понадобится, я сплету каждую Нить, до которой дотянусь, чтобы они остались живы. – Я перевел на него взгляд и стиснул зубы. – Никто не погибнет больше из-за меня.
Целая деревня. Мой дом. Под сотню магов, и ни один не осмелился взять в руки Нитей, чтобы защитить себя, защитить близких, защитить саму Пустоту.
Попавшую из-за этого в руки убийц, которые издевались над ней, заставляли уничтожать куда больше, чем требовалось тогда, на побережье Йорока. Ради чего? Чтобы не запачкать рук подобным обращением с Нитями? Проще пожертвовать собой, чем собственными желаниями, позволить таким образом самой хрупкой из шести основ мироздания попасть в лапы к уродам, плевать хотевшим на ее хрупкость?
– Ты не успеешь ко всем, Найт, – печально заметил сууден.
