Он сдерживался, чтобы я получила свое, теперь он берет меня, и я снова наполняюсь возбуждением. Еще несхлынувшие переживания выходят на новый виток.
Смуглые руки ложатся на мои белые груди и почти до боли сжимают соски.
Никаких моральных тисков. Я свободна сейчас с Сашей.
Я принимаю в себя его мужественность абсолютно счастливая.
– Давай, девочка. Котенок, ты еще не все, – подбадривает меня Саша.
Не все? Может быть лучше?
Томительные спазмы снова учащаются, только они острее. Я мечусь по простыням, закусываю палец, другой рукой забираюсь между ног, и Саша раскрывает меня навстречу этому движению, опуская ноги с плеч себе на талию.
Совершенно бесстыдно я ищу пальчиком между натянувшихся губок клитор и ласкаю его."
"– Какая ты красивая, – слышу я хриплый шепот, но все мое существо сосредоточено на том, что мне дает Саша. Как он двигается во мне, подталкивая к вершине.
– Саша! – взрываюсь я и сжимаюсь вокруг его ствола.
Брызги теплой спермы падают на покрытый испариной живот.
Секс это действительно неплохо.
Глава 29
Саша качественно меня вымотал, и я сплю до полудня.
Никто меня не будил, и я даже не заметила, как Саша ушёл.
Очень хочется в душ, но почему-то я не решаю занять чужую ванную. Хотя что может быть интимнее, чем то, чем мы занимались ночью?
Саша благородно оставляет мне на краю постели чистую футболку. Напялив её и подобрав свои вещички, которые Саша определил на диван, я возвращаюсь в свою спальню.
И первым делом вздрагиваю, встретив на своём пути зеркало.
Какой ужас!
Волосы спутаны, как у кикиморы, на шее бледные отметины от Сашиных губ и щетины, а на лице крупными буквами написано, что я провела ночь с мужчиной, и мы с ним не в ладушки играли.
Надо срочно приводить себя в порядок. И желательно как-то загримировать следы бурного секса. Послезавтра поминки.
Я не позволю себе выглядеть, как гулящая девка.
Ставя телефон на зарядку, я обнаруживаю в нем сообщение от тети Оли.
«Спасибо, что поинтересовалась, как я. У меня всего лишь вывих.
Мне больно, но я выживу».
На дне души неуютно ворочается разбуженное чувство вины.
Тёте угрожает опасность, а я тут…
Стоп! Хватит!
Я одёргиваю себя, когда понимаю, что становлюсь жертвой тётиных манипуляций.
Я ничем не могу помочь. И нет моей вины в произошедшем.
В чем она меня упрекает? Сама она не стала даже спрашивать, когда я упомянула, что к нам в дом вломились.
Надо привыкать. Теперь я одна.
Сама по себе.
Прохладный душ немного смывает раздражение.
