Значит, стоит поискать в кабинете.
Подходя ближе, я опять становлюсь невольным шпионом. Я слышу Сашин голос. Один, но это не похоже на монолог. Скорее всего, он разговаривает по телефону.
Что ж, если двери не закрыты, то человеку скрывать нечего. Так?
И я останавливаю себя прямо за дверью. Прислонившись к стене, я пытаюсь уловить, о чем речь:
– … заботиться об алиби, я сказал! … Нет, продолжай приглядывать. … путается под ногами… Пусть поймет, что это чревато! Иначе я пойду на крайние меры!
Глава 23
Наверное, я все неправильно понимаю.
Убеждаю себя, что это не то, чем кажется, но в голову лезут мысли о том, что кто-то же забрал мои ключи из комнаты…
Холодок ползет по позвоночнику.
Получается, я никому не могу доверять?
Телефонный разговор в кабинете прекращается, и я, чтобы не выдать своего подслушивания, отхожу на несколько шагов и возвращаюсь, нарочито громко цокая крохотными каблучками домашних туфелек.
Смагина над ними раньше смеялась.
И надо мной за любовь к таким штучкам, называя меня «Блондинкой в законе». А поди ж ты каблуки на тапочках пригодились.
Так и не придумав, как себя вести, решаю действовать по обстоятельствам.
Заглядываю в кабинет. Кресло за письменным столом пустует, если не считать покоящегося на его спинке галстука. Марич же сидит в глубине кабинета на низком диване, вытянув ноги и запрокинув голову. Глаза его закрыты, но непохоже, что он отдыхает. Скорее, судя про пролегшей между бровей суровой складке, напряженно размышляет.
Не знаю, с чего начать разговор, мы ведь сегодня уже и виделись, и здоровались, я просто захожу и усаживаюсь на краешек кресла рядом с Сашей, почти касаясь его бедра своим коленом.
Это заставляет его обратить на внимание на мое появление. Посмотрев на меня, он хмурится еще больше.
– Что с лицом? Новые проблемы?
Молча киваю. Разглядываю красивый мужественный лик. Он, правда, не в курсе или притворяется?
– Выкладывай, – требует он, со стуком отставляя на стеклянный журнальный столик широкий низкий стакан с янтарной жидкостью, который держал в руке.
– Звонила тетя Оля, – начинаю я, внимательно следя за выражением на лице Саши. – Она считает, что ее пытались убить. Сбить машиной.
– Где?
– Сегодня возле их дома.
Какая-то эмоция все же проявляется на лице Марича, но я не могу разобрать ее происхождение. Ближе всего, пожалуй, к недоумению.
