– Да… Она тоже пользуется этим ателье, говорила, что оно лучшее… Но ты наверно и сам в курсе, раз твои рубашки возят через весь город, – усмехаюсь я. – Тетя Оля еще меня хотела навестить… Ты же не думаешь, что это она?
– Я не отбрасываю такую возможность, – веско произносит Саша.
– Но она же сама пострадала! – у меня распахиваются глаза от удивления. – Как ты себе это представляешь? Она, конечно, неприятный человек, но это не делает ее убийцей…
Начинаю я защищать тетю, но спотыкаюсь. Еще не известно, была ли она в курсе участи, которую мне уготовили приемные родители.
Марич лишь качает головой:
– Оставь это мне. Мы с Максом разберемся. Мне кажется странным это идиотское покушение на нее.
Да уж. Непрошибаемый. Хорошо хоть вообще рассказывает. Среди знакомых отца было много таких, что считали, что женщине вообще информация ни к чему.
Я прокручиваю в мыслях все, что рассказал Саша, и вот, когда мы уже выезжаем за ворота, у меня щелкает в голове.
Вот, что показалось мне странным в переписке с тетей!
Я лезу в телефон, чтобы убедиться, и … оказываюсь права.
Глава 38
Расширившимися глазами смотрю на фото, и у меня все леденеет внутри.
– Что там? – спрашивает Марич, который следит за дорогой, но все равно время от времени поглядывает на меня.
– Я не уверена, что это важно…
– Ты уже десять минут гипнотизируешь экран, – заметив, что я ёжусь, Саша убавляет напор холодного воздуха из кондиционера и приоткрывает окна.
Да к черту, нужно перестать себе врать.
Конечно, важно!
– Вчера мы переписывались с тетей Олей. Она прислала мне фото поврежденной руки… – мне все еще стыдно за свою паранойю. Придираться к фото тети… Хотя у меня есть весомые причины быть недоверчивой.
– Ну, из тебя все приходится вытаскивать клещами, Насть.
– У нее вывих, на запястье повязка, а она держит этой рукой чайник без всякого напряга… Я только что увеличила, по шкале видно, что чайник полный. Это то, о чем я думаю? – впиваюсь я глазами в идеальный профиль Саши.
– Да, – ни секунды не сомневаясь, подтверждает он. – Это недостающее звено в цепи. Не зря мне не нравилось это идиотское покушение.
– Но зачем эта инсценировка? – я все равно чего-то не понимаю. Столько детективов прочитала, а когда в моей жизни закрутилось такое, я как детсадовец на уроке высшей математики.
– Во-первых, отвести от себя подозрения. Во-вторых, заставить тебя сомневаться. Могу поспорить, она обвиняла во всем меня.
