Поднявшись на локтях, он обхватил ладонями ее щеки. — Отец позволял тебе быть дикаркой, пока не вмешалась моя матушка и не указала на его неосмотрительность. Тогда он женился на женщине, которая старалась сделать из тебя ту, кем ты на самом деле не являешься. Неудивительно, что это привело тебя в уныние. Смутило. И ты даже начала… ненавидеть саму себя.
— Да. Потому что, как бы я ни старалась, девочка из меня получалась никудышная.
— Нет-нет, вовсе не никудышная. Ничего подобного. Ты прекрасная женщина, которая станет прекрасной матерью.
— Что? Я? С чего ты взял?
— Ты была единственной в Бартлшэме, кто проявил сострадание к одинокому необщительному мальчику. Тебе достало мужества навещать его, хотя никому другому это и в голову не приходило. Я хочу, чтобы у моих детей была именно такая мать. Женщина, готовая преодолеть огонь и воду — ну, или вскарабкаться на дерево и взломать окно, — чтобы удостовериться, что о ребенке хорошо заботятся. Которой дела нет ни до норм приличия, ни до того, что подумают или скажут люди.
Из тебя получится самая замечательная и заботливая мама на свете.
— Эдмунд, — в изумлении прошептала она, — ты почти заставил меня в это поверить.
— Нужно верить. Поверь еще и вот во что, — проникновенно добавил он. — В ожидании появления детей ты будешь мне идеальной женой. Ты не… — он поиграл локоном ее волос, — не бросишь меня в Лондоне и не уедешь жить в Фонтеней-Корт, даже зная, что я не заведу себе любовницу, правда же?
Это прозвучало как мольба.
— Только если ты сам этого не захочешь.
— Не хочу.
— Эдмунд, я же уже обещала, что стану именно такой женой, какая тебе нужна.
Он сверкнул глазами.
— Хочу, чтобы ты была рядом со мной. Чтобы поддерживала так же преданно, как когда мы были детьми. Чтобы, когда я живу в Лондоне, ты тоже была здесь. Даже если тебе неинтересны посещаемые мной лекции, я хочу каждый вечер возвращаться домой, где меня ждешь ты. В моей постели. Джорджиана не стала указывать на то, что технически это ее постель. Эдмунд не сделал бы подобной ошибки, если бы размышлял трезво.
Значит, слова его идут из самого сердца.
— Хочу, — продолжил он, — каждое утро просыпаться рядом с тобой.
— О, мне бы тоже этого хотелось! — воскликнула она, довольно вздыхая. — Звучит восхитительно.
— Несмотря даже на то, что я не признался тебе в любви?
— Вообще-то, признался, — возразила она, обнимая его руками за шею.
— Что? Когда?
— Когда предпочел фиктивный брак перспективе моего замужества с другим мужчиной.
