Наследница жива, регалий нет, короноваться не могу, эти два идиота устроили настоящую войну, остальные вообще отказываются повиноваться. И ты говоришь, нет проблем.
Тодор де Урбер глянул на бегающего по кабинету Эрлика и усмехнулся. Он прекрасно понимал, что от задуманного ими плана ничего не осталось. И наступил момент, когда каждый был за себя. Он сейчас выжидал, собирал войско, снаряжал и обучал его. А все это требовало денег и еще раз денег.
– Скажи, Тодор, почему не убили этого кентийца, когда он возвращался из Сармии?
– Ты что, захотел получить в кровники Донета тан эль Зорга? Я еще не настолько выжил из ума! Да и смысл? Принцессу он передал Кантору.
– О, эти кентийцы, почему их всех не уничтожили во время Большой войны!
– Эрлик, перестань истерить, возьми себя в руки, ты прекрасно знаешь, что они, даже ослабленные гражданской войной, навалили столько трупов, что нас во всех королевствах казалось чуть ли не меньше, чем в свое время высадилось на побережья. Пусть на площадях глашатаи прокричат, что принцесса спаслась чудесным образом, а ты молчал раньше, потому что боялся, что недоброжелатели могут причинить ей зло.
А сейчас ты станешь правишь от ее имени, ведь являешься ее опекуном до совершеннолетия.
– И что мне это даст? Что изменится? Ведь я заведомо признаю, что наследница она.
– Это даст тебе возможность спокойно ходить по дворцу и не бояться, что за любым углом тебе могут сунуть кинжал под ребро. А там всякое случиться может.
"
"– А как же охрана и гвардейцы, что ты мне дал? Они что, ничего не будут делать? Ты же заверил меня, что это полностью надежные люди!
– Эрлик, у Альторна что не было охраны и гвардейцев… и что, сильно ли это ему помогло? Давай лучше поговорим о том, ради чего я здесь. Мне надо пять тысяч золотых и некогда выслушивать твои истерики, дай команду выдать золото моим людям.
– Золото, золото… Ты только и сосешь с меня золото, а взамен только обещания, – бормотал себе под нос Эрлик I, беря колокольчик и вызывая секретаря, чтобы дать распоряжение.
* * *В замок въезжали уже затемно. Передав Ветерка конюху, я поднялся к себе. Умылся и, переодевшись в чистое, отправился в столовую. У двери столкнулся с Лартом и его семейством, мы поприветствовали друг друга, я пропустил вперед женщин, а сам немного задержался с Лартом. Впрочем, решили отчет оставить на потом – за те две недели, что я отсутствовал, произошло немало событий.
