А что с принцессой, почему ты не отвезешь ее к герцогу? Если же она хоть немного тебе нравится, то женись, ты себе можешь представить перспективы, открывающиеся перед тобой. На брак с маркизой я разрешения не дам, даже не думай, она почти на восемь лет старше тебя. – Он поднял руку, не давая мне сказать. – Когда я узнал от твоего человека про принцессу Алексию, сразу же дал задание выяснить все, что происходит в империи. Оказывается, пропали императорские регалии, и среди трех герцогов, которые помогали взойти на трон Эрлику, идут склоки, кто из них старше.
По всей вероятности, Лумер и Миторн уже перешли к стадии драки. Урбер пока воздерживается, но он всегда был самым хитрым, и мне кажется, что он выжидает, а потом разобьет победителя, когда тот значительно ослабнет после войны. Эрлик – это слабый, мягкотелый слизняк, которым Урбер будет управлять как захочет. И вот представь, что появляется твоя принцесса и объявляет, что отец был убит, а все те, кто сейчас на троне и у трона, – обыкновенные узурпаторы.
Как ты думаешь, оставшиеся герцоги поддержат ее? А если еще я поддержу ее, да на обратной дороге заеду к герцогу Кантору да переговорю с ним… ей остается еще полгода до совершеннолетия, да и потом совет будет управлять империей, пока она не выйдет замуж. Но после обручения ты тоже сможешь уже присутствовать на заседаниях совета, пусть и без права голоса.
Отец замолчал и заходил по комнате, а у меня наконец появилась возможность вставить слово. И я постарался в сжатой форме ему рассказать всё про наши отношения с принцессой.
– Да… девица она стервозная, – высказался тот и, перестав бегать по комнате, снова плюхнулся в кресло, которое жалобно заскрипело. – Смотри, сын, сам, ты уже взрослый, вон какое производство развернул, отец приехал учиться! – И он радостно захохотал. – Ладно, Алекс, пойду переоденусь да смою пыль, увидимся за ужином.
Он ушел, а мне надо было еще заскочить к кузнецам, узнать, как там мой подарок ему и брату. В кузне как всегда дым коромыслом, подручные бегают как заведенные, а в уголке стоят и мои и отцовы кузнецы и что-то обсуждают.
Подошел, заглянул. Шорто держит в руках два клинка для уже откованных мечей, у одного форма лезвия как у моего, второй напоминает катану.
– Ну что, получилось? – беря один из рук Шорто, спросил я. – Все делали, как я вам расписал?
– Да, ваша светлость, все так и делали. Вот теперь на полировку и рукояти делать.
Лезвия имели каждое свой неповторимый рисунок и голубоватый оттенок.
