Через некоторое время в кабинете появился начальник канцелярии и укоризненно произнес, глядя на мой синяк:
– Ваше высочество, ну нельзя же так! Ну, я понимаю – молодость, желание путешествовать инкогнито… Но это же канцелярия его величества! – он поднял вверх указательный палец. – Прошу, прошу вас ко мне в кабинет, и вас, маркиза, тоже прошу пройти с нами.
В кабинете нас усадили в кресла, на столе появилось вино и пирожные.
– Прошу вас, господа, присаживайтесь, – предложил начальник канцелярии, и продолжил: – Разрешите представиться – Артан де Либер, начальник королевской канцелярии.
Вообще он оказался отличным мужиком и приятным собеседником, немного дотошным, но это профессия наложила свой отпечаток. Когда он узнал, что нам еще надо в отдел дознания по поводу нападения на нас разбойников, тут же вызвал очередного клерка и сам принял непосредственное участие в опросе.
Расспрашивали долго и дотошно, я упомянул баронета Миро де Сальми и попросил отметить этого молодого человека. Де Либер засмеялся.
– Принц, это сын моей сестры.
Несносный мальчишка, желающий сам себе проложить дорогу к генеральским эполетам, но храбрый и честный парень. Так что не переживайте, я это не забуду. А я все думаю, где вы могли приобрести себе такое украшение, – улыбаясь, проговорил де Либер.
– Ага, вы, наверное, думали, что это маркиза заехала мне в глаз, когда я не соглашался покупать маркизат, – подыграл я ему.
Он вначале не понял, а потом принялся так хохотать, что даже секретарь заглянул в двери.
– Какое странное словосочетание – «заехала в глаз», – смеясь, приговаривал он.
Ну, пришлось, раз такое дело, и анекдот про бабашку с ружьем… вернее, с арбалетом, рассказать. Тут он уже просто хрюкал и вытирал слезы. Принесли бумаги, начальник канцелярии лично проверил каждую запятую и подписал.
– Сегодня я попытаюсь дать их на подпись королю, и завтра сможете вступать в права владельца, – все еще улыбаясь, сказал де Либер. – Я очень рад был знакомству с вами, принц. Помимо того, что вы прекрасный воин, вы еще великолепный шутник и отличный собеседник.
И мы раскланялись. Не успели мы сесть в карету, как маркиза, приняв грозный вид и уперев руки в бока, произнесла:
– Чего я еще про тебя не знаю, принц, признавайся!
У меня было прекрасное настроение, и я решил и дальше подурачиться.
– Ну не знаю, – развел я руками, – говорят, что я отличный любовник. – И посмотрел на Ильми.
Она, бедная, прямо заикаться начала.
– Кто это говорит? – наконец справилась она с собой.
