– Да, конечно, – пробормотала я. – Увидимся позже? – спросила я Ари, ненавидя то, как отчаянно это прозвучало.
Блэйк, постарайся вести себя спокойно. Хотя, похоже, его это совсем не раздражало.
– Во сколько ты заканчиваешь, чтобы я мог начать считать часы? – пробормотал он.
– Блэйк! – прорычала Рэйчел, теряя терпение. Вероятно потому, что в моей зоне обслуживания в тот момент случайно оказалась знаменитость, а время было обеденное.
Упс.
– В одиннадцать, – сказала я с сожалением, и его лицо вытянулось. Я приготовилась к тому, что Ари придумает оправдание, скажет, что у него есть дела поважнее.
Потому что кто бы этого не сделал?
– Я приду, – неожиданно сказал он.
И то семя надежды внутри, которое проросло в тот день, когда я впервые встретила его…
Выросло еще немного.
Ари
Я зашел в маленькую кофейню, расположенную прямо напротив ресторана Блэйк. Аромат жареных кофейных зерен окутал меня теплым объятием. Я не хотел уходить так далеко от Блэйк. Но если бы задержался в этом ресторане еще на секунду, то, вероятно, запустил бы подносом в придурковатого менеджера.
Отсюда я мог мельком смотреть на нее, не причиняя никому физического вреда.
Я просмотрел меню, готовый к потреблению дозы кофеина. О, хорошо, у них был тыквенно-пряный латте. Мой любимый. Я просто сходил с ума, когда дело касалось осенних напитков.
Бариста, девушка двадцати с небольшим лет с каштановыми волосами, ниспадающими каскадом по спине, карими глазами и кожей теплого оливкового оттенка стояла за стойкой. На ней был форменный коричневый фартук.
В прошлом я, возможно, и счел бы ее привлекательной, но сейчас она была для меня просто пустым местом. В ней не было ничего, что вызывало бы интерес.
Все, что я, черт возьми, мог видеть, – Блэйк.
Бариста тряхнула волосами, словно подумав, что я провожу кастинг для рекламы шампуня, и одарила меня кокетливой улыбкой. Смотря на выпечку за стеклом, я очень надеялся, что не она ее пекла. Мне бы не хотелось, откусив тыквенный маффин, доставать изо рта волосы.
Это полностью испортило бы впечатление.
– Привет, красавчик. Что принести? – промурлыкала она. Вздох. Это проклятье такого чертовски красивого парня, как я. Каждый хотел кусочек Ари Ланкастера. В следующий раз, когда мы спишемся, придется напомнить Линкольну, что из нас двоих я красивее, просто чтобы он не зазнавался.
– Тыквенно-пряный латте на миндальном молоке, пожалуйста.
– Серьезно? – спросила она и посмотрела мне за спину, словно я мог заказывать напиток для кого-то другого.
– Да.
