Я вытерла рот тыльной стороной ладони и часто заморгала от открывшегося зрелища: на моем пальце уютно расположилось кольцо с таким огромным бриллиантом, что он мог бы осветить Эйфелеву башню.
Я закричала.
Кольцо насмешливо сверкнуло в ответ, как будто оно было последним штрихом в бесконечно длящейся шутке. Я уставилась на него в полном недоумении, разум лихорадочно пытался разобраться в этом странном повороте событий в и без того запутанном утре. Бриллиант сверкал почти злорадно, словно молча дразнил своим великолепием.
Я не могла вспомнить НИЧЕГО.
Просто надеялась, что кольцо каким-то образом материализовалось из воздуха, потому что любой другой вариант был неприемлем.
Я в панике почистила зубы и потащилась из ванной. Попутно натягивая на себя какую-то одежду, я пыталась понять, что, черт возьми, произошло прошлой ночью. Натянув спортивные штаны, я направилась на кухню. Дразнящий аромат еды и звуки Paper Rings Тейлор Свифт заполнили воздух, создав причудливый контраст с пульсирующей головной болью, которая, кажется, решила поселиться в моем черепе.
Песня казалась странно пророческой, но нет, я не поведусь.
Ари пританцовывал, готовя что-то на плите. На нем был фартук, на котором жирными буквами было написано «Я люблю женский лобок». Мои затуманенные глаза расширились от недоверия при виде этой сцены. У него точно не было похмелья.
Он услышал, как я приближаюсь, и лицо озарилось подозрительно озорной улыбкой.
– Вот и ты, солнышко. Как раз собирался разбудить тебя к завтраку.
Должно быть, Ари увидел, как мое лицо позеленело при упоминании о еде, потому что схватил стоявший на стойке стакан, до краев наполненный каким-то коричневым жидким отваром, и с торжествующим видом подвинул его в мою сторону.
Взгляд метнулся к напитку. Я не была уверена, являлось ли это моим спасением или последним гвоздем в крышку гроба с похмелья.
– Вот, возьми, – произнес он голосом, который был слишком жизнерадостным для нынешнего положения дел. – Проверенное средство от похмелья Линкольна и Ари.
Терять было нечего, поэтому я поднесла стакан к губам…
– Выпей, женушка.
Я застыла на месте с чашкой у губ. Что он только что сказал? Просто ведет себя как Ари… верно?
На лице Ари играла широкая улыбка, в то время как он смотрел на меня.
– Женушка, ха-ха, – пробормотала я, опрокидывая в горло отвратительный напиток. Я выпила его залпом, и он показалось мне на вкус, как бензин – по крайней мере, именно так мне представлялся вкус бензина.
