Надпись гласила:
«Линкольн #13, МЫ ОТСОСАЛИ У ТЕБЯ В КОЛЛЕДЖЕ!»
Линкольн выглядел озадаченным и слегка удивленным, когда наконец заметил надпись. Но я… был взбешен.
Я подъехал к нему.
– Какой треш!
– Да. Это что-то новенькое, – сказал Линкольн с ухмылкой.
– Нет! Не могу поверить, что на табличке твое гребаное имя. Вон та девушка отсосала у меня! – прорычал я и указал на девушку, которую совершенно точно узнал, хотя вообще не мог вспомнить, как ее зовут. – Она не отсасывала у тебя. Что за хрень?!
Линкольн долго недоверчиво смотрел на меня, а потом разразился истерическим смехом.
– Почему ты смеешься? ЭТО СЕРЬЕЗНО! Как мой член мог не запомниться?
Линкольн вытер гребаные слезы с глаз.
– Черт. Это слишком хорошо. Ты должен остановиться. Не думаю, что смогу дальше кататься.
Я зарычал. Оттолкнув его, откатился в сторону под продолжающееся с его стороны гоготание."
"– Гребаный мудак, – пробормотал я Уолкеру. Он с широко раскрытыми глазами смотрел то на Линкольна, то на меня, как будто его мама с папой поссорились или что-то в этом роде.
– Ты, черт, на год младше нас, Прекрасный принц! – просто так заорал я на него.
И теперь он казался еще более сбитым с толку.
– Направь свои гребаные силы на игру, Ланкастер! – заорал тренер, и я кивнул, тут же переведя взгляд на лед. Этим людям стоило понять, что мой член нельзя забыть.
Блэйк могла бы рассказать им все о нем!
Когда игра возобновилась, ситуация между Линкольном и Сото обострилась.
Линкольн всегда ненавидел его… так же, как и я, но после того, что тот сделал с Блэйк… Сото просто напрашивался.
Линкольн впечатал Сото в бортик, и вся арена, казалось, затаила дыхание, с нетерпением ожидая взрыва эмоций.
Как и следовало ожидать, Сото сбросил перчатки и толкнул Линкольна с ловкостью атакующего носорога. Перчатки ударились о лед с глухим стуком, и толпа разразилась бурными аплодисментами и улюлюканьем. Пора начинать.
Они сошлись, кружа друг вокруг друга. Сото бешено замахнулся, но рефлексы Линкольна были настолько превосходны, что удар Сото показался просто смешным.
Он уклонялся от ударов Сото с грацией опытного бойца, а его ответные удары казались настолько профессиональными, будто сейчас на льду не хоккеист, а боксер.
Линкольн нанес серию сокрушительных ударов, первый из которых пришелся Сото прямо в челюсть, отчего в промерзлый воздух арены взлетели брызги слюны и крови. Вид алых капель, разлетевшихся по льду, казалось, только подогрел возбуждение толпы.
